Но не только дворянство присутствовало здесь. Была устроена специальная лотерея, и люди со всего острова были приглашены разделить праздник: землепашцы и портные, музыканты и трактирщики.
– Вообще-то это мой третий раз во дворце, – гордо сообщал Молворт сидевшему по правую руку от него дворянину, тот, похоже, пришёл в ужас от соседства с тем, кто не только не был дворянином, но не был даже взрослым. – Я необычайно важная персона.
– Молворт, – прошипела Элли, шмыгнув к нему.
– Элли? Почему ты одета как слуга?
– Тсс! – шикнула Элли. – Держись так, будто меня тут нет.
Вскоре все места в покое заполнились, за исключением двух тронов. На галерее над залом музыканты – скрипки и виолончели – играли бойкую мелодию. Гости возбуждённо зашептались, перед ними было поставлено первое блюдо: одно щупальце осьминога, напитанное дочерна чернилами кальмара и изогнутое вопросительным знаком на перине из квашеной краснокочанной капусты.
– Юная леди, что ты делаешь под столом? – спросил пожилой дворянин, сидевший слева от Молворта.
– Ох, просто протираю пол, – ответила Элли, схватив салфетку Молворта и промокая пол. – Этот мальчик ужасно неаккуратно ест.
По всему столу люди, причмокивая, поглощали щупальца, разбрызгивая чернила на салфетки и лица. Элли глядела по сторонам, удивляясь, почему Враг до сих пор не появился.
Семь Стражей стояли перед большими двойными дверями. Они единожды топнули ногой, и слуги натужно отворили двери.
И вот появились Кейт и Лорен.
Лорен был облачён в пурпурный упелянд, волосы его были заплетены короной вокруг головы. Он потянулся, чтобы взять Кейт за руку, но та решительно сцепила обе руки за спиной.
Волосы Кейт были свиты на затылке в две большие чёрные пряди, напоминавшие рога. Серебряный венец обхватывал её лоб, а лицо было украшено завитками белой и пурпурной краски. Элли поразилась, что даже в этот день она держалась прямо и высоко.
Ей хотелось поддержать её, протянуть ей руку.
Гости встали, заглушая музыку громкими, от души, аплодисментами. Кейт проплыла между столами как призрак, ни с кем не встречаясь глазами.
– Это Она, – зашептал Молворт, провожая Кейт круглыми, влажными от слёз глазами. – Это Она, – вымолвил он, прижав обе руки ко рту. Элли сомневалась, что видела такое безмерное и искреннее счастье на чьём-то лице.
– Ба, Она выглядит ужасно, – прошелестел старик рядом с Элли. – Как и Её мать перед смертью. Хорошо, что она знаменует Своего наследника теперь, пока Ей не сделалось хуже.
Лорен стоял перед своим троном, улыбаясь и простирая руки к толпе, щёки его розовели румянцем.
– Мои друзья, приветствую вас на моём пиру! – возгласил он. – Так, так. Вот и всё, вот и всё! – Он потёр ладони. – Благодарю вас, празднующих вместе с нами… воистину, я невероятно счастлив тому, что вы здесь, чтобы засвидетельствовать моё возвышение… – он помолчал для пущей значимости, кусая губу, – до положения Королевского преемника!
Взрыв аплодисментов был оглушителен. Дворяне потрясали кулаками в воздухе – некоторые даже залезали на свои скамьи и свистели, сунув пальцы в рот.
Лорен взмахнул успокоительно рукой.
– Время для речей будет позднее, но сначала нас ждёт пир и, смею ли я сказать… – он вытянул голову вперёд и прикоснулся к кончику носа, – особый пирог.
Пронеслась новая волна хихиканья. Тень отвращения пробежала по лицу Кейт.
– Почему ему нужен пирог, чтобы стать Королевским преемником? – спросила Элли.
Молворт запыхтел:
– Внешние острова. Нельзя провести Ритуал правопреемства, не съев пирога. Это традиция.
– Но шутки в сторону, – вещал Лорен. – Я хочу, чтобы вы все знали, здесь и сейчас, как я невозможно счастлив, будучи избранным Нашей Великой Божественностью Её преемником. Таким образом, случись неожиданное несчастье с Нашей Возлюбленной Королевой, я смогу подхватить бразды Королевского правления. А теперь. – Лорен стиснул руку Кейт, вынуждая её поморщиться. – Я полагаю, Кейт… ха-ха. – Он изобразил на лице гримасу. – Прошу прощения, Королева скажет обо мне несколько слов.
Элли попыталась поймать взгляд Кейт, чтобы беззвучно внушить, что она всё поправит. Но Кейт смотрела на собственные коленки и руки, метавшиеся под столом. Она встала, погрузив одну дрожащую руку в рукав своего упелянда.
– Здравствуйте, – сказала она отрешённым голосом. – Это… чрезвычайно мило видеть вас всех. – Она прочистила горло. – Я не могла бы быть счастливее в этот святой день.
Она через силу улыбнулась, и собравшиеся снова зааплодировали и затопали ногами. Кейт села, и её улыбка обратилась в ничто.
Была внесена вторая перемена блюд: зелёный суп с плавающими в нём куриными головами. Молворт с отвращением уставился в тарелку:
– Мне не нравится еда богатых. Где апельсины?
– Это подлинный деликатес, – заметил старик, сидевший рядом, и проглотил голову целиком.
Молворт задумчиво потёр подбородок.
– Странно есть так богато, когда остальной остров недоедает.
