– ИёёёёёЙЙЙЙййй….., – издав этот, довольно известный, киношный японский клич, я подскочил на полметра вверх и в сильнейшем ударе выкинул правую ногу вперёд, метясь носком стопы в грудь негра. Это был мой коронный и любимый удар, отлично освоенный на занятиях по карате. Знал и умел не хуже выполнять и другие удары, но увидев, как негр сломанной игрушкой отлетел на середину просторного холла, мигом всё забыл и активно пустился в битву. Если бы несколько офицеров, владеющих приёмами рукопашного боя, смотрели на «Это» со стороны, то их мнения разделились бы. Кто-то назвал бой «Русским стилем», другой авторитетно заявил и подробно рассказал про «систему Кадочникова», третий, причём безапелляционно – «бой в ограниченном пространстве» с использованием подручных средств. И каждый был бы прав. Зная, что многие кубинцы ходят с хорошими и здоровыми ножиками, прикрепляя ножны под брючины к ногам, у меня была только одна задача – Бить, бить, бить его… Деморализовать, не дать ему опомниться, чтобы он выхватил нож. Загнать в угол комнаты и там добить. Поэтому, забыв про карате, я переключился на обыкновенную русскую драку, где в ход шло всё – кулаки, ноги и, конечно, подручные средства. Обрушил град ударов, смял его и погнал в угол. По пути схватил со стола утюг и ловко залепил им по плечу противника. Но ладони был скользкие от пота, утюг выскользнул и в руке заструился провод, что сразу изменило способ применения утюга на другой, более страшный и тоже эффективный. Крепко зажав, шнур, мгновенно раскрутил новоприобретённое оружие по кругу, приобревшее другие боевые функции, и тут же обрушил его на голову бандита. Был бы это добротный советский утюг, так бы он там и остался, торча из чёрного черепа, но японское изделие, изящное и лёгкое, также легко отскочило от бестолковой головы негра и благополучно улетело в угол. А я продолжил атаку, схватив со стола здоровые портновские ножницы, одну половинку которых использовал как гарду, защищающую кисть, а более острым лезвием стал угрожающе размахивать перед лицом противника, пугая его и напористо тесня в угол. Но переусердствовал. Негр, увидев неожиданное превращение мирных ножниц в смертельное оружие, не смирился с судьбой быть варварски заколотым и убитым, а наоборот – поняв, что у него осталась лишь одна попытка спасти жизнь, заревел во весь голос от жуткого испуга и ринулся на меня. Но не в драку, а лишь сильно оттолкнув в сторону, прорвался к двери, где уже разъярённой хищницей наготове стояла моя жена, перекрыв выход своим телом, предвидя такой манёвр. Но она не успела ничего предпринять и также легко отлетела в сторону от обезумевшего от ужаса кубаша и тот, уже ничего не соображая, обрушился всей тяжестью тела на дверь и с оглушительным грохотом вышиб её вместе с косяком на лестничную площадку подъезда. Следом за ним выскочил и я, мельком отметив, что дверь с косяком упала на что то большое, отчего наступив на неё в беге, я чуть сам не упал, но видя спину убегающего негодяя, сохранил равновесие и выскочил на улицу. Тут моя погоня и закончилась. Выскочил босиком на острый щебень и остановился, а негр чесал в сторону сухопайки и стремительно удалялся, наверно радуясь такому удачному своему спасению. Радовался он рано. Я ступил обратно на край бетонной дорожки, а мимо меня с низким гудение, далеко выкидывая длиннющие ноги промчался старший лейтенант Матвейчук, который в это время сидел со своей женой у соседнего подъезда на лавочке.
– Саня сейчас догонит…, – я метнулся обратно в подъезд, чтобы одеть хотя бы тапочки и помочь Матвейчуку крутить кубаша. Пробежал по непонятно отчего шевелившейся двери, ощущая под ней что-то мягкое и живое. Увидев, что с женой всё в порядке, накинул на ноги комнатные тапочки и, повернувшись к дверному проёму, остановился. Плохо лежащая на площадке дверь откинулась в сторону и из-под неё, весь красный и возбуждённый, вылез сосед по площадке Серёга Королёв и чуть ли не радостно закричал.
– Боря…, я как услышал шум у тебя, так выскочил и стал под дверьми. Думал – кто будет выскакивать оттуда… А я его в морду…, в морду… и обратно…. А он, блядина…, блядь…, я просто не ожидал. Завалил меня дверями и пробежал по мне…. А потом ты.., аж два раза, – слегка обидчиво закончил товарищ.