– Что, Цеханович, прикидываешь? – Раздался голос из-за спины, когда я в очередной раз остановился у расписания. Это был майор Сысков по каким-то своим делам забредший в наш учебный центр.
– Да…, неплохо бы на «Грузию» попасть.
– Ну-ка.., отойдём на пару слов.
Мы пересекли небольшой плац и спустились в летний кинотеатр нашего учебного центра, где сели на скамейках друг против друга.
Я молчал, предоставляя инициативу особисту, а тот, помолчав с полминуты, заговорил: – «Грузия» хорошо. Только можно ведь и на другую барку попасть?
– Ну да. Но хочется на приличном корабле в Союз вернуться.
– Что с оружием надумал?
– Да, товарищ майор, вопрос вы задали…. Больной вопрос.
Сысков благодушно засмеялся: – Значит, подумываешь, как бы это в Союз вывезти. Цеханович, после той истории с магнитофоном я тут покопался немножко и навёл насчёт тебя кое какие справочки. И теперь-то прекрасно понимаю, что ты ищешь. У тебя ведь помимо оружия на таможне могут возникнуть «хорошие» проблемы.
Да. Действительно, для меня всё это было больным вопросом. Я как-то свыкся с мыслью, что револьвер и парабеллум – МОИ. И прорабатывал все варианты, в том числе и провоз оружия в Союз. И своей проблемой однажды поделился с президентом общества филателистов и нумизматов Республика Кубы Хусто, который с воодушевлением пообещал проконсультироваться и через неделю приехал с готовым предложением.
– Борис, так это не проблема. Я тут переговорил в своих кругах. Вот тебе бланк заявления, вот анкета. Заполняешь, естественно на испанском языке. Тут я тебе помогу. Нужно ещё три фотографии. Платишь 17 долларов и ты член международной ассоциации коллекционеров оружия. Документ, всё как положено. И мои говорят, что он действительный и для Советского Союза. На пистолет и револьвер даём документы, что это коллекционные вещи и часть твоей коллекции и всё нормально.
Я был воодушевлён, открывшейся возможностью. Тут же выпили за нового коллекционера-оружейника, тут же заполнили анкету и заявление. Но вот уже месяц, всё это лежит пока у меня. Всё-таки я колеблюсь. И главное не с кем из знающих русских проконсультироваться. То что говорят кубаши – это одно. Но мне нужно твёрдое знание и уверенность.
Помимо оружия я тут, пользуясь всеобщей кубинской нищетой, сумел собрать неплохую коллекцию монет, бонов и марок, которые при нормальном раскладе могли попасть под культурные ценности. Если бы я вылетал с Кубы самолётом, то у меня наверняка были бы проблемы с кубинской таможней в аэропорту «Хосе Марти», но отплывающих на кораблях советских военнослужащих таможенники не проверяли совсем. А наши таможенники трясли капитально, но по всякому. Самая лояльная таможня считалась Одесская. Хреновыми Мурманская и Ленинградская. Поэтому то и целился на барку «Грузия» – на Одессу.
Про всё это не стал говорить особисту, а только тяжело вздохнул: – Значит, это будут мои проблемы…
– Что ж так печально? Ведь любые проблемы можно решить….
Я насторожился: – Это интересное начало. Давайте, продолжайте, только по подробнее, товарищ майор.
– Вот я тебе и предлагаю: Вальтер отдаёшь мне. Я за это накрываю тебе хорошую «поляну» в любой зоне отдыха. Револьвер можешь везти, – майор помолчал немного, давая возможность ответить, но видя моё молчание, продолжил, – или я у тебя его покупаю.
– А вы знаете, какая была последняя цена, когда у меня хотели его купить?
– Так…, Цеханович, мы не на рынке и ты не в том положение чтобы торговаться. Добавлю от себя, чтоб тебе легче было принимать решение. Откажешься: перед посадкой на барку будет проведён досмотр твоего багажа. Тебе это надо? И вместе с капитаном барки будет отправлено письмо для таможенников, чтобы они тебя тоже тщательно досмотрели. Думаю, что ты там не только неприятностей огребёшь, но лишишься всей своей коллекции, которую ты тут эти годы собирал. Такие вот простенькие перспективы.
Это был удар под дых. В бригаде, перед отправкой офицеров и дембелей, создавалась комиссия по досмотру вещей и багажа. Но, как правило, досматривались только вещи солдат и сержантов. Но особисты могли настоять о выборочной проверке багажа. Моего багажа. А мне это действительно не нужно было. Но и отдавать особисту парабеллум – вот…, категорически не хотелось.
– Убедительно, товарищ майор, убедительно. Но не думайте, что я вот так сразу побежал домой за Вальтером и в зубах его принёс. У меня время для принятия решения есть? Есть. Так что возможны и другие варианты.
– Это какие? – Неприятно удивился майор, считая что я покочевряжусь для приличия и сохранения лица, но всё равно отдам ему.
– Да отвезу и отдам парабеллум обратно и объясню ситуацию. Надо…, ещё справку с печатью возьму, что вернул.
– Ладно, время у тебя есть. Только прими решение правильно. Мне бы не хотелось тоже встать в позу, если ты примешь неправильное решение.
На этой минорной ноте мы и разошлись. И как это было не печально, я подарил парабеллум Энрико, а также вернул ему и револьвер, чему он был несказанно удивлён, но и одновременно обрадован.