Конрад расстилает в несколько слоёв старую газету. С чувством, с толком, с расстановкой накрывает жерло толчка прыщавой жопой. Закатывает глаза в предвкушении кайфа. Отпускает клапаны. Винты заднего клапана закручены слишком туго. Конрад тужится. Ёрзают бледные дряблые бёдра, из-под них топорщится газета. О чём в ней пишут-то? Ага, о перегибах, о нарушениях законности, о политической близорукости... Самая заря гласности, золотое времечко для читателей газет. До того читать было тошно, после - страшно... Первые струйки мочи нивелируют лист и текст. Жёлтая (в девичестве - белая) бумага и чёрные вестники гласности - буквы - теперь одинаково серые.
"А-а, вы говорите "не мне одному плохо"? Это кого ж вы имеете в виду? Да, да, у кого-то кто-то умер, кто-то с голодухи пухнет, кого-то ни за что ни про что упекли в кутузку, кого-то паралич разбил...
А вот у меня никто не умер, у меня умирать некому. Ни друзьям, ни подругам. Остаются родители... но вы что думаете - у Вечных жидов вечные родители?.. Погодите, их час пробьёт, непременно... Так что в этом страшного? С каких это пор естественный порядок возведён в ранг великого несчастья?
Безденежье, голод?.. Следствие, а не причина. Робинзон Крузо без гроша в кармане неплохо устроился... Каждому - по способностям и по труду. Обиженные режимом?.. Бедствующие гении да утешатся тем, что суть гении. Невостребованные таланты - тем, что таланты.
Кстати, безвинные жертвы да утешатся тем, что безвинны. Им вообще, если разобраться, лафа. Где-то же бродит по свету конкретный виновник их злоключений, и голос совести не будит их по ночам. А с чистой совестью и в глазок тюремной камеры можно смотреть без страха. Самое главное всё-таки - какой фильм видят умирающие на стенах больничной палаты, голоштанники - на стенах ночлежки, арестанты - на стенах каземата. И если в этом фильме им уготована роль положительного героя, то какое это вообще имеет касательство к нашей беседе?
Остались паралитики и прочие неизлечимые больные. Так пусть утешатся тем, что и Богу и людям смогут предъявить в качестве индульгенции свой красивый латинский диагноз. А у меня диагноз некрасивый, а толку с меня как с паралитика... ни молока, ни шерсти, ни общественно ценного движения...
Умиляйтесь, умиляйтесь, что до сих пор "не сторчался, не спился..." А как втусоваться к наркоманам - подскажете? А кто согласится со мной регулярно бухать - отыщете? А на какие шиши доставать травку и водку - может одолжите? А чем запойный онанизм лучше запойного алкоголизма? А вы знаете, Зискинд говаривал (имея в виду себя): "Чтобы спиться, мне не хватает личности". Что ж говорить о моей "личности"?
Ах, у неё "всё впереди"... А десять лет назад мне говорили то же самое, интересно - чем порадуете десять лет спустя? Вы же судите по аналогам и прецедентам. И где же в жизни, в кино, в литературе вам встречался персонаж, хоть отдалённо напоминающий Конрада Мартинсена? Да, да, про одиночество написаны тысячи томов. Но Печорин, который меняет баб, как перчатки - не аналог. Кафка, предчувствующий (как следует из его завещания), что его ждёт посмертное признание - не прецедент. Про комплекс неполноценности читали, знаю. А про неполноценность? А про несостоятельность, про нефункциональность вы раньше слыхивали?.. Не надо, не надо - частичная не в счёт... Частичная с лихвой, как психологи говорят, "компенсируется". У оглохших Бетховенов открывается внутренний слух. Безногие лётчики изобретают ручные системы управления. Заики переходят на пение, сколько таких видал. Разбившимся циркачам хватает мозгов разработать систему реабилитации покорёженного костно-мышечного аппарата и тем самым произвести переворот в медицине... Чего-чего?.. Воля? Воля - чепуха, были бы мозги! Я вот двадцать пять (шесть, семь, восемь) лет ищу, как бы выколупениться из своей profundis, это что ж, отсутствие воли?.. Извилин-то кот наплакал, вот я и вынужден идти на поклон к вашим извилистым мозгам...
А кстати: вы читали роман "Человек без свойств"? А книга "Человек без положительных свойств" в каком-нибудь спецхране не завалялась?.. Ну-ка - какие у меня положительные свойства... назовите-ка... Экаете-мекаете?.. То-то! Нет мне аналогов и прецедентов! Я у-ни-ка-лен, ёж вашу рашпиль!.. Так какого хрена вы станете мне помогать? Бывает, находит помрачение на гениальных гроссмейстеров, бывает, теряют себя рукастые слесаря, так это ж потеря для общества, они вправе просить о помощи... А помогать мне - вам - не противно?"
Последний аргумент безотказно действовал на тех редких терпеливцев, что ухитрялись дотерпеть до финала гневной отповеди неблагодарного страдальца. Убедившись, что больной исцеляться не хочет, целители с чувством выполненного долга умывали руки и с достоинством уносили ноги.
Ура, поддался задний клапан. Всё. Больше кина не будет. Конрад дёргает цепочку, и конкретика вырывается наружу, смывая крупную бурую загогулину. Будет тебе кино! Будет! Четыре стены сортира на глазах превращаются в четыре экрана. Скорей бегом отсюда.
