Оввер и Туткита повторили свой печальный рассказ. На этот раз они вспомнили новые подробности о том, как офицер-европеец заставил эскимосов открыть мешки, чтобы взять тюленье мясо, о том, как одни европейцы спали в большой палатке, а другие — в лодке. В конце эскимосы рассказали, что они снялись с места и ушли, не обращая внимания на офицера, который, как записал Холл в своем дневнике, «пытался остановить их, рукой указывая на рот и повторяя все время одно и то же слово „нет-чук, нет-чук (тюлень)“. Но иннуиты торопились. Они знали, что встретившиеся им белые голодны, они чувствовали себя виноватыми. Вот почему все их рассказы, как всякая ложь, непоследовательны и запутанны». В этой беседе Холл узнал, что Тушуартариу никогда больше не встречал белых. История о том, как он встретил Крозье и трех его спутников, была выдумана с начала до конца. Тяжело расставался Холл со своими иллюзиями. Тушуартариу в его глазах утратил свою христианскую добродетель, а его соплеменники превратились в бессердечных язычников. Под впечатлением рассказа Оввера и Туткиты, будучи уверенным, что во главе отряда, направлявшегося к реке Больших Рыб, стоял Крозье, Холл писал: «Эти четыре семьи, если бы захотели, могли бы спасти жизнь людей из отряда Крозье. Они могли показать европейцам склады, где хранится тюленье мясо — тут же на берегу острова Короля Вильгельма, они могли попросить помощи у других эскимосов, чтобы спасти жизнь умиравших от голода людей. Вместо этого, не обращая внимания на мольбу Крозье, они не пожелали остаться хотя бы на день, не пытались поохотиться на тюленей, а просто сбежали на рассвете, оставив умирать от голода большой отряд. Вот что понял я во время этой последней беседы». Холл считает, что единственное спасение — это насаждать цивилизацию и просвещение среди эскимосов и обращать их в христианскую веру. Тогда не придется больше ни слышать, ни записывать подобные истории.
На этом Холл закончил поиски. Оввер и Туткита отправились в стойбище. Расставаясь, Холл подарил им пустую бутылку от брэнди с пробкой и американскую консервную коробку. Сам он и сопровождавшие его эскимосы поспешили к заливу Репалс.
Холл не мог отыскать живых участников экспедиции Франклина. Однако Север не утратил для него притягательной силы. Ожидая захода промыслового судна в залив Репалс, он читал и перечитывал все имевшиеся у него книги об Арктике, о северных мореплавателях. «Всей душой мечтаю я о том времени, когда смогу отправиться в экспедицию к Северному полюсу. Сейчас моя цель — как можно быстрее добраться до Штатов и сразу же приступить к подготовке полярной экспедиции». Пятого августа пришло американское китобойное судно «Анселл Гиббс» из Нью-Бедфорда. Холл возвращался на нем в Америку вместе с Джо и Ханной и их приемной дочерью Пунни. В конце сентября Холл прибыл в Америку.
Леди Франклин, узнав о находках Холла, просила его отложить на некоторое время экспедицию к Северному полюсу и вернуться на остров Короля Вильгельма, чтобы найти дневники экспедиции. Но Холл отказался. В первую очередь к полюсу! Только завоевав полюс, он может продолжать поиски на Кикерктаке. Летом 1870 года леди Франклин прибыла в Цинциннати, надеясь переубедить Холла, но и это не помогло.
Через год, 29 июля, Холл на судне «Полярис» отправился на покорение Северного полюса. Вместе с ним на борту были Джо и Ханна. Судно Девисовым проливом прошло в северную часть Баффинова залива и затем в пролив Смита. Первого сентября «Полярис» зазимовал на 81°28′ северной широты. Через два месяца, 8 ноября, проболев две недели, Холл умер. Его похоронили на побережье, на любимом им Севере, о котором он писал когда-то: «Арктика — мой дом, и я нежно люблю ее, ее северные ветры, ее ледники и айсберги. Когда я на Севере, мне кажется, будто я в земном раю или на райской земле».
Причиной новых поисков послужила серебряная ложка Франклина, надломленная в том месте, где начинается ручка, и довольно грубо починенная с помощью небольшого кусочка меди и двух заклепок. Вокруг этой-то ложки и возникло три разные истории: одна — капитана Барри, вторая — Нутаргекарка и третья — капитана Поттера.
Капитан Барри командовал судном «Глэсиер», промышлявшим китов в период с 1871 по 1873 год. На «Глэсиер», затертый льдами в заливе Репалс, пришло несколько эскимосских семей. Барри случайно услышал, как они говорили между собой о каком-то незнакомце в форме, который много лет назад пришел в их страну, на остров Короля Вильгельма, и с ним было много его соотечественников, белых людей. Все они погибли на острове, но успели в построенный ими гурий спрятать много книг, какие-то бумаги и… серебряные ложки. Барри расспросил своих гостей, где находится этот гурий. Но о том, что узнал, он никому ничего не говорил. Он понимал, что рассказы эскимосов требуют уточнения.
