Лето было на исходе; не переставая лил дождь, с моря тянул сырой холодный туман, температура резко упала. Эскимосы из его отряда в первый же день подстрелили пять оленей, и Рассмуссен решил сделать остановку, чтобы подкормить собак. На север двигались медленно, приходилось пересекать болота, обходить озера. Однажды они увидели выводок гусей, еще не умеющих летать, и с помощью собак поймали несколько штук. Как-то раз они набрели на кем-то забытый тайник, в котором хранилось оленье мясо. Судя по виду, тайник был годичной давности, а по законам острова, если прошел такой срок со времени основания тайника, им мог воспользоваться каждый, кто найдет. Мясо заплесневело, в нем завелись черви, однако эскимосы с наслаждением отправляли его в рот. Первого августа целый день светило солнце. Рассмуссен вместе с отрядом вышел к священному озеру Амитсок.
Сезон на Озере только начинался. В пяти хижинах жило не более 30 человек, улов тоже был еще невелик — около двух десятков форелей в день, а обычно каждой семье удается за две недели выловить до 1500–2000 фунтов рыбы. Когда Рассмуссен прибыл на озеро, день был жаркий и ясный и эскимосы нежились на солнце, мечтали и, казалось, забыли, что жизнь их трудна и полна опасностей, а голод ходит по пятам. Жизнерадостные ребятишки голышом купались в озере, а потом грелись на солнце. Люди постарше играли в разные игры, наносили друг другу визиты. И все были веселы. Рассмуссен сидел с ними, слушал их рассказы и предания и поражался, как мог выжить и сохраниться этот народ в таких тяжелых условиях, на этой пустынной и холодной земле.
Через неделю Рассмуссен поспешил в Малеруалик. Но Кавигаррсуака все еще не было в условленном месте, хотя прошло два месяца после назначенного срока. Рассмуссен не на шутку забеспокоился: у него почти кончился порох и он мог тратить не больше двух спичек в день. Пришла осень, а с ней и холода. Рассмуссен выстроил каменный дом, проложил стены дерном. Как только он кончил, пришли эскимосы. Речь зашла о Кавигаррсуаке. Эскимосы считали, что его убили какие-то враждебно настроенные племена, живущие на юге. Иначе они не могли объяснить такую длительную задержку. Затруднительное положение Рассмуссена трогало эскимосов, они-то понимали, как тяжело терять друга, как трудно остаться без припасов. Уходя, они делились с ним своим табаком, тем самым, который недавно покупали у него.
Через три дня девушка-эскимоска, родственница Кавигаррсуака, увидела вдали в заливе Симпсон движущуюся черную точку и позвала Рассмуссена. Он сразу же разглядел в бинокль маленькую байдарку и в ней двух человек. Через час Кавигаррсуак и его товарищ подплыли к берегу. Весь лагерь высыпал им навстречу. Наконец-то Рассмуссен может расплатиться с эскимосами, наконец у него будет вдоволь пороха и он выполнит все свои обещания.
Но Кавигаррсуак привез не очень веселые новости. Он с трудом добрался до Кентского полуострова, по дороге его задержали враждебные племена, однако коллекцию он доставил в полной сохранности. На обратном пути, когда реки вскрылись, он оставил сани, взял у эскимосов на время байдарку и, выждав, когда водные пути освободятся ото льда, отправился в обратный путь вдоль берега. Он ничего не привез Рассмуссену: не мог — в этот год у эскимосов была удачная охота на лис, и фактория Компании Гудзонова залива распродала все свои товары.
Рассмуссен не ожидал такого результата — без пороха он не прокормит собак, а без собак ему не завершить путешествие к Берингову проливу. Кроме того, он был расстроен тем, что опять не расплатится с эскимосами. Он надеялся запастись мясом оленей, которые должны были вскоре проходить через Малеруалик. Патронов осталось очень мало, но, может быть, если расходовать их бережливо, можно настрелять довольно много оленей. Неожиданно Рассмуссен понял, что он ждет прихода карибу, как коренные жители острова в течение сотен лет, год за годом, ожидали этого события в этом самом месте.
Карибу появились 15 сентября. Они высыпали из-за холмов и направились к берегу, где их встретили ружейные выстрелы эскимосов. На мгновение ошеломленные животные остановились и, разбившись на мелкие группы, повернули обратно в глубь острова, чтобы, переждав, пока пройдет страх, снова возвратиться к проливу.
Рассмуссен и Кавигаррсуак не принимали участия в охоте. Они боялись, что, увлекшись, растратят последние патроны. Через несколько дней, отойдя подальше от берега, они убили семь жирных оленей и на санях доставили их в лагерь. Теперь собаки были обеспечены едой. Но Рассмуссену не давал покоя его долг эскимосам.
