— Какая же ты сука, Рандом! — рявкаю злобно, переходя на бег. — Эти громилы выбрали самую широкую дорогу: прямо ко дворцу старейшин!
— Это плохо? — Лариса Ивановна почти сразу догоняет меня и легко держится рядом, ничуть не отставая.
— Это катастрофа! — рычит появившийся прямо из воздуха рядом с ней якул. — Там в подземелье спит почти четверть всего города. Если они поймут, какой рычаг давления попал к ним в руки…
— …нам придётся с ними договариваться, — резюмирую, ускоряясь до предела. — И выгодных условий в этой сделке нам не предложат…
— Стойте! — орёт нам вслед Глеб. — Если срочно до дворца добраться надо, то куда вы так рванули?
Резко торможу и с досадой хлопаю себя по лбу. Иллюзионистка как на стенку налетает, едва не высекая каблуками искры из мостовой.
— Я, возможно, отстала от современных веяний, — насмешливо усмехается Лариса Ивановна, — но до сих пор самым быстрым способом добраться до цели был бег. Если, конечно, у вас тут автомобиль не припрятан.
— Лучше, — заверяю госпожу Брукс. — Скажите, можете нас троих под ящеров замаскировать? Чтоб хотя бы на пару секунд Ваську с подельниками запутать.
— Да, могу, только зачем? — недоумевает женщина.
— Скоро сами всё поймёте, — киваю Глебу, готовясь к перемещению. — Приступайте немедленно.
Лариса Ивановна прижимает пальцы к вискам, концентрируясь.
Секунду спустя окидывает нас взглядом — и на её месте оказывается золотистая ящерка в платье кирпично-красного цвета. Смотрю на свои чешуйчатые, зелёные, как у якула, лапы и киваю Скороходову, обернувшемуся жёлтым рептилоидом:
— Поехали, — хватаю Ларису Ивановну за лапки. — Главное — постарайтесь удачно приземлиться.
— Какие у вас, однако, специфичные вкусы, — фыркает иллюзионистка, явно превратно меня понимая. — Никогда бы не подумала, что вы…
— Под ноги смотрите! — рывком притягиваю госпожу Брукс к себе и, обхватив её за талию, прыгаю в разверзшийся перед нами портал.
Секунда полёта сквозь черноту — и под ногами открывается выход, сквозь который видна мостовая перед дворцом.
Успеваю сгруппироваться, чтобы не отбить ноги и подхватить над землёй непривычную к таким полётам попутчицу.
— Могли бы и предупредить, — рвано выдыхает она мне в ухо, — что в эту щель войти решили. Я бы лучше подготовилась…
— В следующий раз — обязательно предупрежу, — едва успеваю разогнуться, как из-за угла здания раздаётся жуткий рёв и чьи-то крики. — А теперь — скорее туда. Глеб нас скоро догонит.
С разбегу минуем поворот, выскакивая прямо ко входу во дворец.
Точно в этот момент перед нами по воздуху проносится тело ящера и с хрустом приземляется в кусты живой изгороди. Судя по ругани бедолаги, сломались всё же ветки, а не кости.
Голова летуна показывается над кустами — да это же Гаррис собственной персоной!
— Бегите отсюда! — кричит он нам. — На дворец старейшин напали, здесь находиться слишком опасно!
— А ну стоять, не двигаться! — гаркают со ступеней сверху.
О, а вот и наш трёхрогий знакомый! Тот самый, что стены перегаром плавит. Сжимает в огромных лапищах копьё Гарриса, которое в сравнении с огромной тушей супостата выглядит стрелой от лука.
— Нам бы тоже ящерку, чтобы не скучно было, — окидывает он сальным взглядом мою спутницу. — Караулить-то и по одному можно — смахнуться ровни тут всё равно нету.
— Главный ваш где? Я с ним говорить хочу! — Лариса Ивановна неожиданно перехватывает инициативу. — У меня важное поручение от старейшин!
— Он и так уже с одной беседует, — ухмыляется трёхрогий. Гаррис при этом выглядит таким несчастным, что сразу становится понятно, с какой именно. — Но можешь пока рассказать всё нам, атаману обязательно передадим.
Из-за плеча болтливого бандюгана появляется его однорукий подельник. Ну как однорукий — на обрубке уже проступают очертания маленькой копии отсечённой лапы.
Великий Рандом, эти уроды ещё и регенерируют? Сколь щедры твои дары сегодня, не успеваю отбиваться…
— Чё ты тут лясы точишь, Толян? — взрыкивает ампутант. — Этих двух в расход, а бабу — внутрь. Ни разу ещё с ящеркой не кувыркался…
Глаза Васькиных прихвостней жадно шарят по телу золотистой ящерки. Ещё мгновение — и они перейдут от слов к делу.
— Снимай! — кровь стучит в висках, рука, замаскированная под чешуйчатую лапу, сжимается до боли. — Пора им тут всем показать!
Догадливая женщина понимает мою команду правильно.
Щелчок пальцами когтистой лапки — и иллюзия рассеивается туманом, являя изумлённым бандюганам крайне недоброе лицо Ларисы Ивановны.
— Что, уроды кривоудые, не ждали? — звонко интересуется она.
Сверху что-то грохочет, и с крыши на ступени ухает кусок каменной кладки в несколько пудов весом.
Мутанты испуганно сигают назад — а иллюзорные камни тут же развеиваются, являя трёхрогому Толяну раззявленную пасть «Зубастой жилы». Которая тут же вцепляется в правую ноздрю всеми клыками разом!
Бандит взвывает, отшатываясь назад, и толкает обрубком хвоста подельника, блокируя тому проход наружу.
Тот пытается удержаться на лапах, но безуспешно — шлёпается на задницу, напарываясь на собственный хвостовой шип. Вой становится синхронным.
