– Я поехала к Андрею домой и прождала его несколько часов. Я тогда этому даже немного радовалась. Ведь у меня было время подготовиться к разговору, а у него – остыть. Но когда Андрей вернулся, стало понятно, он не только не успокоился, он ещё больше стал меня ненавидеть. Слышала бы ты, что и как он говорил. И ведь если бы выпил, можно было бы списать его негодование и раздражение на затуманенный разум. Но нет, он осознавал всё от своего первого до последнего слова. Андрей обвинил меня в предательстве, в том, что я расчётливая дрянь, которая спланировала всё, вплоть до той нашей первой встречи в деревне. На эту же почву очень хорошо легли мои вопросы про детей. «Ты поэтому без конца твердила о детях? Хотела обеспечить себе безбедную жизнь, родив от меня? А может, ты уже беременна от кого-то из своих мужиков и собиралась решить свои финансовые проблемы, выдав ребёнка моим?» Вот примерная тональность нашей беседы. Не хочу даже пересказывать тебе остальные оскорбления на эту тему. Я пыталась всё объяснить, кричала, плакала. Но чем больше я говорила, тем сильнее становился его гнев. Честно говоря, я тогда очень испугалась. Андрей не повышал голос, но его взгляд и леденяще-давящий тон резали меня без ножа. В конце концов, когда я в очередной раз принялась твердить о своей любви к нему, он так озверел, что даже зарычал. Андрей сначала придавил меня к стене, а затем просто-напросто выгнал из своей жизни. «Хватит врать! – заявил он. – Думаешь, если природа наградила тебя выдающимися данными, мир ляжет у твоих ног? Я не знаю, как ты проворачивала свои дела раньше, но на этот раз ты выбрала не ту жертву. Ты перешла границы дозволенного, выставила меня дураком. И я говорю с тобой сейчас по одной единственной причине: хочу, чтобы ты поняла, – играть в подобные игры очень опасно. Я уверен, что где-то в недрах твоего алчного сознания всё ещё теплится здравый смысл, а потому выбирай, принцесса, либо ты убираешься из моей жизни по-хорошему, либо я превращу твою в ад! Я не хочу тебя видеть, знать, что ты где-то рядом и охотишься на очередной кошелёк. Так что сиди тихо и жди, пока я забуду о твоём существовании, иначе даже бомжи на помойке тебе не помогут». И это я ещё смягчаю. Остальное даже озвучивать не хочу. Я никогда в жизни не видела такой ненависти, он аж пятнами пошёл, когда всё это говорил. Однако я до последнего отказывалась верить, что между нами всё кончено, а зря, нужно было его послушаться. К сожалению, тогда я упорно не хотела принимать горькую правду. Целую неделю я писала ему письма и сообщения, звонила, караулила у дома и офиса. Я унижалась, упрашивая охрану меня пропустить, но всё напрасно. Андрей заблокировал меня по всем возможным каналам связи и приказал не подпускать к себе на пушечный выстрел. Я почти не помню, как жила в те дни. То есть, я помню, что что-то делала, но меня там словно не было. Очнулась я, если можно так сказать, только к выходным. На работе мне напомнили об отпуске, который я оформила до конца месяца. Со всеми своими переживаниями я совсем забыла о планируемой поездке, а вот Андрей нет. Не особенно надеясь на успех, я снова попыталась до него дозвониться, и у меня даже сердце запрыгало от радости, потому что вместо коротких гудков, означающих, что я всё ещё в чёрном списке, мне наконец-то ответил робот. Вот только радость моя была недолгой, потому что сделал он это не на русском. Не в силах поверить, что Андрей уехал в наш отпуск без меня, я написала Игорю, о чём пожалела почти сразу же. На, посмотри.
