— А про что? — спросила Лера, не донеся сигарету до рта.
Он помолчал, сделав пару затяжек.
— Я видеть тебя хочу постоянно. Быть рядом, прикасаться… обнимать.
— Леший, ты влюбился, что ли?
— Да, — просто ответил Лёшка на ее прямой и провокационный вопрос.
— П*здец. — Она закашлялась дымом и замолчала.
Хотела бы Лера сказать ему что-то такое резкое, чтобы отвернуть его от себя раз и навсегда, облить сарказмом, как обычно, но у нее не поворачивался язык. Потому что он не юлил, не выкручивался, не попытался перевести всё в шутку. Признался прямо, с какой-то обреченностью.
— Ты серьезно? — спросила она.
— Угу, — кивнул он, затягиваясь, хотя такие быстрые признания, да и вообще признания, были не в его стиле.
Однако по-другому с Леркой не получалось. В лоб спросила — в лоб ответил. Что будет, то будет…
Сколько эта его любовь продлится, неизвестно. Неделя, месяц, год… А может, это на всю жизнь. Никто ведь сразу и не скажет. Но в эту минуту он себя именно так чувствовал. Что крышу у него сорвало, и никто, кроме Лерки, ему в этой жизни больше не нужен.
— Ты меня знаешь всего ничего… — сказала она.
— Похрен вообще. Это сильнее меня. Я так чувствую, — уверенно заявил он.
— Леший. Посмотри на меня. Я не та, в кого надо влюбляться. Особенно тебе.
— Смотрю, Лерка… — Он свободной рукой взял ее за шею и в самое ухо сказал: — Я, когда тебя вижу, дышать забываю!
Огонек ее сигареты вздрогнул, потому что задрожала у нее рука.
Лёшка, заметив это, накинул ей на плечи свой пиджак, решив, что ее дрожь от холода.
Лера покусала губы.
— Это проблема, Лёш, ты же понимаешь. Давай делай с этим что-нибудь.
— Что? — невесело засмеялся он, горько как-то.
— Не приходи больше. Подрядись в какую-нибудь командировку. Собери всех своих «кисок» и устрой хорошую вечеринку, пусть они тебя отвлекут.
— Бесполезно.
— Че пробовал уже?
— Даже пробовать не хочу.
Лера встала со скамейки и стянула с себя его пиджак.
— Тебе пора.
Полевой оделся и сунул руку в карман, нащупывая ключи от машины.
— А за ужин спасибо. Правда, — сказала Лера и сделала то, что не должна была: притянула его к себе за лацканы пиджака и чмокнула в щеку.
Его руки тут же обвились вокруг нее.
— Даже не думай. — Лера прижала ладонь к его губам, не позволяя себя целовать. — Вали давай отсюда по холодку.
Он тяжело вздохнул, прижался лбом к ее лбу, постоял так немного и отпустил. Подождав, пока она зайдет внутрь здания, он сел в машину и уехал.
Соломатину разбудил телефонный звонок. Протянув руку, чтобы взять сотовый, она неосторожным движением смахнула его с тумбочки. С тяжким вздохом Лера придвинулась к краю кровати и нашарила телефон на полу.
Звонила Алина, спрашивала, можно ли заехать. Лера ответила согласием и уронила телефон на постель, собираясь поваляться еще минут десять.
Проснулась от звонка уже в дверь. С трудом выгнав себя из постели, Лера влезла в домашний костюм и встретила подругу.
— Я забыла, что ты сегодня после смены, прости.
— Плохо, — сонно пробормотала Лера. — Лысый вон мой график наизусть знает.
Алька засмеялась:
— Приходил?
— Не приходил — приходит. Таскается ко мне на каждое дежурство.
Лера зашла в ванную, чтобы смыть остатки сна. Сегодня чувствовала себя особенно разбитой и никак не могла прийти в себя.
Умывшись холодной водой, она пришла в кухню. Алька уже засыпала зерна в кофемашину, налила воды и нажала кнопку, чтобы получить пару чашек крепкого напитка.
— И как у вас? — поинтересовалась она.
— Говорю же. Таскается ко мне на работу — жратву носит, — отстраненно сказала Соломатина и вытащила йогурт из холодильника. — Будешь?
Аля покачала головой.
— А ты что?
Лера достала ложку и принялась за йогурт.
— Каких только охламонов у меня не было. И рестораны выкупали, и всё это дорогущее фуфло дарили… Но никто!.. Ни один из них!.. Ни разу не спросил: «Может, ты, Лерочка на работе устала? Может, ты голодная? Может, тебе, Лерка, бутеров принести?» Помнишь, как Стёпка Башаев духи припёр за двадцать тысяч зеленых?
Аля нахмурилась, припоминая.
— Ты мне не рассказывала.
— А что тут рассказывать… Позорище. Я ему сказала: «Ты дурак, что ли? Нах*я?! Чтоб фоточку запилить и подписать: «Подарок для любимой»? Ушел в туман со своими духами.
— Жесть. Представляю его рожу, — развеселилась Алина. — А как ты хотела, Лерочка! Ты же у нас золотая девочка. У тебя и так всё есть. Чем тебя вообще можно удивить, сама подумай? Как заинтересовать? Вот они и лезут из кожи вон.
— Мне эти мажорские понты без надобности. Я и сама любого из них могу купить с потрохами.
— Да, — вздохнула Аля, — грустно… Так охота, чтоб и ты нашла свою половинку.
— Нет уж, спасибо. Мне, пожалуйста, дайте целого мужика, никем не ополовиненного, — Лера расхохоталась. — Были уже половинки. Одна половина этих половинок испарялась, когда узнавала, кто мой папа; вторую половину половинок папа испарял.
— Так у нас уже есть кандидат, — ухмыльнулась подруга.
Лера перестала смеяться.
— Ты про лысого? Даже не начинай. Что у него в башке, я не знаю. То ли он недобитый оптимист, то ли просто идиот. Но ты-то знаешь, какие у меня будут проблемы.
