Та селитра, которая не ушла на производство пороха, использовалась для того, чтобы охлаждать температуру в комнатах — теперь практически в каждой комнате в замке стояло по ведру с селитрой, на котором стояли чайники. Таким образом селитра не только охлаждала воздух, но и воду для питья. Роланд только таким образом спасался от жары, просиживая практически сутками у себя в кабинете.
Он приказал всем ведьмам, кроме Анны, прекратить работу. Теперь они только занимались ежедневными тренировками и ходили вечером на лекции, а всё остальное время сидели в гостиной, разговаривая или хвастаясь умением играть в гвинт. А насчёт Анны… Не то, чтобы Роланд не хотел отпускать её на отдых — жара, казалось, не доставляла Анне никаких хлопот. Температура на улице для неё была практически незаметной после тех раскалённых докрасна слитков, которые она держала в руках. Она не потела даже тогда, когда целыми днями стояла рядом с горячими печами.
Роланд даже сделал несколько десертов из мороженого, чтобы вознаградить Анну за труды. Он использовал один из классических способов приготовления мороженого — смешивал яичные желтки, масло, молоко и сироп, взбивал и замораживал с помощью селитры. Анне угощение очень понравилось. Каждый раз, когда Роланд видел, как Анна лакомится мороженым, он втайне радовался.
А ещё он очень радовался, когда читал ежемесячные отчёты из ратуши.
Население Пограничного города увеличилось вдвое, и достигло практически восемнадцати тысяч человек. Если добавить к этому крепостных, которые каждый месяц приезжают из крепости Длинной Песни, то в следующем году город и вовсе разрастётся до двадцати тысяч. Если не считать территории, принадлежащей Пограничному городу и его деревень, то по количеству населения его можно было сравнить с Красноводным городом, Валенсией, или даже со столицей.
Впрочем, была в бочке мёда и капля дёгтя — несмотря на то, что население выросло, его «качество» не улучшилось ни капельки. Например, в данный момент примерно тысяче коренных жителей Пограничного города было необходимо пройти хотя бы начальный курс образования. Для того, чтобы успешно вручить им дипломы, придётся ждать как минимум год — Карл, конечно, уже выпустил группу талантливых учеников, но их количество не превышало и сотни. Это, по сравнению с общим количеством населения, выглядело жалко.
Развитие городских фабрик тоже шло идеально.
Спустя полгода строительства в индустриальном районе были запущены уже три фабрики — на двух изготавливали паровые машины, на одной — патроны для пистолетов. Количество рабочих тоже увеличилось на порядок — в момент открытия на фабриках были заняты десять кузнецов, а сейчас уже сотня. Проходящие подготовку будущие кузнецы были, в основном, родом отсюда — и Роланду было занятно наблюдать за тем, как группа ничего не умеющих подмастерьев медленно, но верно, превращается в опытных кузнецов, которые в итоге берут своих собственных подмастерьев.
На второй фабрике все рабочие были родом из бухты Полумесяца. За какой-то месяц они умудрились разобраться с основами работы паровой машины и инструментов её изготовления. Впрочем, выработка у них пока была довольно низкой, но по сравнению с первыми партиями кузнецов, их результат был гораздо лучше. Все паровые машины, которые создавали на той фабрике, по контракту принадлежали самому Роланду. Две этих фабрики производили восемь-десять машин в месяц, это было самым главным способом заработка денег в казну.
Фабрика по производству патронов после открытия сразу была передана в управление Первой Армии. Там организовали контрольно-пропускной пункт, а по территории фабрики то и дело сновали патрули. За производство тоже отвечали солдаты. Теперь они, спустя неделю тестов, наконец, открыли производство патронов нового поколения.
К сожалению, планы Роланда по автоматизации всего процесса пока оставались лишь только планами. Пока все части патрона необходимо было собирать вручную. Основными инструментами для производства были два огромных пресса — один придавал разрезанным Анной медным брускам форму патрона, а второй вдавливал в дно патрона запал.
Солдаты должны были класть фульминат ртути между двумя тонкими кусочками бумажки, потом эти бумажки склеить, положить их в патрон и, наконец, вдавить запал вниз при помощи пресса. Процесс же наполнения патрона порохом и установки в него пули ничем не отличался от того, что солдаты делали ещё со времён картечных ружей.
На этой фабрике работали всего лишь сорок человек, и в день они производили примерно по пятьсот патронов. Роланд в будущем собирался перевести этих людей из солдат в рабочие, чтобы они весь рабочий день собирали патроны.
