— Думаю, они испугались и планируют перестроить войска, чтобы начать длительную битву, — сказал виконт, наблюдавший за сражением у смотровой башни вместе с ними. — Ходят слухи, что Роланд Уимблдон отказался от всех рыцарей и сформировал армию из диких фермеров, и хоть в предыдущих войнах он не испытывал никаких проблем из-за своего прекрасного огнестрельного оружия, теперь ему, должно быть, нелегко начать атаку на нашу линию обороны. Вы превратили почву в грязь. Хороший ход, милорд.
— Но при этом наши доходы резко сократились, и мы потеряли многих оруженосцев, — нахмурился другой человек. — Многие люди бежали в эти Демонические Месяцы, оставив половину мастерских в городе. Я предлагаю договориться с Роландом Уимблдоном о перемирии.
— Мы должны получить равную позицию, прежде чем переходить к переговорам. Давайте сначала выиграем еще одну битву.
— Заткнулись все, — вздохнул Виллион. — Я никогда не склонюсь перед цареубийцей. Если вы хотите пожертвовать своими благородными титулами и предать Короля Тимоти, то сначала я запру вас в подвале с грязной чернью.
Все вокруг мгновенно замолчали.
Валенсия дорого заплатила за подготовку к этой битве. Бывший торговый центр не только превратился в крепость, но и сам Герцог Виллион пошел против многих своих правил. Однако, по его мнению, все жертвы окупятся. Если, чтобы возглавить Грэйкасл, Принц Роланд с самого начала решил бы заключить союз с аристократами, он был бы побежден задолго до этого. Фактически, Принц намеревался свергнуть всю феодальную систему и единолично контролировать Королевство; чудовищное решение, которое возмутило весь высший класс. Этот смелый шаг на самом деле дал Герцогу прекрасную причину для сопротивления.
Если бы на этот раз он смог помешать армии Роланда, другие аристократы передумали и поддержали бы его притязания на Восточный Регион. Между тем в Грэйкасле появится лишь больше протестующих. Герцог мог бы с уверенностью сказать, что это была не только битва за Короля Тимоти, но и защита всей феодальной системы.
— Огромные каменные орудия заряжены, милорд, — сообщил слуга.
— Мы будем продолжать стрелять? — спросила Галина.
— Нет, погодите… нам будет тяжело ударить по нашим врагам пушками, если мы не добавим снежного порошка, — Виллион покачал головой. Теперь он несколько жалел о своей упреждающей стратегии. Он думал, что ранний залп поможет закончить настройку, и никак не ожидал, что враг остановится после первой атаки. Теперь, глядя на то, как враг копошится в земле, он не мог унять растущую тревогу.
100 человек, разделившись на десяток команд, копали и расчищали пространство, где могли разместиться только два человека. Маловероятно, что они готовились разбить там палатку. Закончив с местом, они начали возиться со своими зелеными длинными бочками.
Через подзорную трубу Виллион мог следить за каждым движением противника. Оказалось, что длинный бочонок — это всего лишь один компонент, поддерживаемый треногой, с вогнутой железной пластиной на земле. Кроме этого, к стволу были непонятно зачем прикреплены несколько трубок. Все эти части несли разные люди, но для того, чтобы собрать все компоненты воедино, требовалось менее 15 минут. Каким же гениальным был этот дизайн!
Однако Герцог с трудом мог поверить своим глазам, когда увидел то, что произошло дальше.
В цилиндр помещали веретенообразную жестянку, и следом из ствола вырывался белый дым.
Пока аристократы задавались вопросом, что же это такое, по обе стороны от городской стены внезапно взорвалась дюжина темно-красных огненных шаров, после чего последовала серия сотрясающих взрывов.
Поскольку дома, расположенные близко к внутренней стороне городской стены, были заменены всевозможными ловушками и препятствиями, взрывы не нанесли большого ущерба, но вся сцена атаки сильнейшим образом поразила Виллиона.
В тот момент в его голове звучал лишь один голос.
«Это пушка? Неужели?»
Как такое возможно?
Герцог не видел пушечный отряд Роланда в деле, но он много слышал о нем. Пушки, которыми они располагали, в зависимости от их длины можно было поделить на два типа: первый тип — переносной, это были пушки, которые можно было бы перевозить на экипаже, а для транспортировки второго типа нужны были лодки. Тем не менее такие пушки были достаточно лёгкими, чтобы их несли обычные люди.
Для создания двух пушек, которые едва работали, Валенсии потребовались все доступные мастера и материалы, и два года работы. Виллион признал, что виной тому было отсутствием технологий и опыта, но он считал, что принцип, который они применяли, ничем не отличается от того, что имелся у Роланда. Он был уверен, что будь у них еще несколько лет и его ремесленники, несомненно, смогут сделать подобное оружие.
Но то, что только, что произошло у него на глазах, развеяло всю его уверенность.
Как могут такие бочки с такими тонкими трубками выдерживать огромное давление, вызванное взрывом снежного порошка?
— Это же невозможно!
