– А они на аэростоянке, и товарищ Кузнецов, и товарищ спецмайор.
– Лети туда, товарищ мой родной, тащи сюда этого спецсержанта, одна нога там, а вторая… вторая тоже уже здесь, понял?
Не знаю, понял Перепелкин или нет, но он, не дослушав до конца, дал такую скорость, что Усейн Гайка (или Болт?) позавидует.
А все-таки что это с ними, что это за шифровка такая? Креатив они проявили или, наоборот, тупость?
Бежит Эттувьевич с Перепелкиным и с ними Акмурзин.
– Выкван, тут у нас проблемки возникли: шифровка пришла из Центра, а прочитать не можем, посмотрите, может, вам понятней будет?
Кузнецов читает вслух и тоже, по-моему, не особо понимает, затем передает бумагу Зворыкину и говорит:
– Мне кажется, тут по одному чукотскому слову, через одно два слова идут.
– И по одному башкирскому, – говорит Акмурзин, и меня озаряет: блин, это же ключ, и он на таджикском. И звучит он как «одно слово грузинское, одно слово чукотское, одно башкирское».
Охренеть, вот я тупой, это ж мне на таджикском, прислали ключ к шифровке.
– Перепелкин, будь другом, найди мне Гогнидзе, ну, или какого другого грузина.
– Зачем грузина? Я грузинский (картвелский) знаю. – Из окружавших радиорубку красноармейцев выходит славянин с претензией на знание грузинского.
– Товарищ красноармеец, а вы кто?
– Пока бывший лейтенант Хохлов, уроженец Батума, знаю язык.
– Ну, тогда, товарищ сежант госбезопасности Кузнецов, товарищ сержант Акмурзин и… лейтенант Хохлов, расшифруйте, пожалуйста, документ, и пошли в мою землянку (хотя из нее я депортирован Машей). Товарищ Перепелкин, вы отвечаете за секретность, не допускать никого в землянку.
Чую, задолбали мы Перепелкина, а куда денешься с корабля? То есть из армии, тем более действующей. Тута вам не тама, а тама не тута, причем не Тута Ларсен. Ушли они расшифровывать, и тут Зворыкин встрепенулся и начал принимать радиограмму. При этом призвал нас заткнуться: передача от Никифорова, это серьезно. Заткнулись. Профи есть профи (я о Зворыкине).
Потом еще ждали, как переведет наш фальшиводокументчик Ашот с армянского на русский. В результате получилось:
«Все прошло удачно, Ильиных и другие освобождены, уничтожена охрана и сопровождающие, захвачен в плен представитель СД. Убит красноармеец Метелица. Ранены младший лейтенант Великов и красноармеец Хушвактов. Вылетели обратно. Никифоров».
Метелицу жалко, такой весельчак был, он даже присягу мог рассказать так, что все бы животики надорвали. Зато Ильиных выручили, хорошо. Интересно, как там дела у нашей трехголовой Энигмы?
А вот и они идут, значит, дела в норме.
– Ну что, ребятки?
– Разрешите доложить, товарищ капитан! Шифровка переведена на русский, – докладывает, передавая мне обе бумажки, Хохлов.
– Благодарю, товарищи, но о том, что в ней, вы обязаны забыть, и навсегда, сами понимаете, бдительность, бдительность и еще раз бдительность. – Осматриваю лица. Выкван, Фатхула и этот, новичок Хохлов, нет, эти хрена с два кому скажут.
Все, иду к Елисееву, вдвоем прочтем, что там из Москвы пришло и с чего такие бесперц… безпрез… безпрецедентные меры безопасности.
У землянки особотдела все так же браво стоит часовой (но уже не тот, что утром был), он отдает честь, и я прохожу, Елисеев мурыжит какого-то парня азиатской наружности.
– Товарищ старший лейтенант госбезопасности, надо поговорить по секрету.
– Охрана! Увести гражданина Кажгельдина.
Давешний часовой вбегает и уводит казаха (я по фамилии понял, кто он по нации).
– Ну что? Чем провинился братец-казах?
– Да ничем особым, просто пока фильтрацию до конца не закончили, потому и гражданин. Ну, что хотел сказать?
– Шифровка из Москвы, причем очень секретная, аж сверхшифром шифровали.
– Интересно, ну-ка дай сюда, про что она?
– А я знаю? Не читал, как перевели, сразу к тебе побег.
Короче, прочли мы ее. Это, оказывается, благодарность за все сделанное до этого дня и постановка задачи. Увеличить площадь, подверженную диверсиям, выделить всех прибалтов (независимо от нации) в новый отряд имени Латвийской ССР. Подготовить их, и особо подготовить политически, также подготовить с точки зрения боевой выучки. Вооружить лучшим оружием, желательно немецким. Командиром отряда назначается батальонный комиссар Антонас Калниньш, он скоро прибудет. Это что касается Прибалтии, теперь об украинцах: также подготовить две группы украинцев, одни будут действовать в окрестностях Львова, другие на Волыни. Опять же, хорошо обучить и подготовить их, вооружить лучшими образцами немецкого вооружения.
Ну и там по мелочи: жрачка, обмундирование и т. д. Ребятки пойдут пешком и, так сказать, безлюдными местами, нечего светить раньше времени.
Точно такие же действия относительно поляков: вооружить, обучить, накормить и одеть да отправить на Родину, в Польшу.
Короче, мы бросаем закваску антигитлеровского Сопротивления одновременно в республики Прибалтии, в два региона Украины и Польшу.
