— Ты понял этот урок? Будучи посвящённым культу, празднующий является атеистом и игроком чувствами. Он не выказывает никаких внутренних усилий для достижения своего собственного восхождения. Его мысли весьма далеки от алтаря. Он слишком заинтересован как можно раньше закончить церемонию, чтобы не упустить радостную экскурсию, ожидающую его в перспективе. Что же до тех, кто появился за евхаристическим столом, полные тёмных и вульгарных чувств, то они сами обязались уничтожить небесные дары раньше, пока те не принесли им незаслуженных преимуществ. Здесь перед нами — огромное количество титулярных верующих, но очень мало друзей Христа и служителей блага.
Фраза «идите, служба закончена!» рассеяла верующих, которые к концу мессы походили больше на шумную стаю птиц с красивым оперением.
Погружённый в глубокие раздумья по поводу того, что мне пришлось наблюдать, я проводил ориентера и Элои к нашей больной и её супругу, которые уезжали из церкви, возвращаясь к себе домой, окружённые тем же кортежем несчастных сущностей, без каких-либо изменений ситуации.
По возвращении домой я увидел, к своему нескрываемому удивлению, что наш Инструктор не предпринимал никаких шагов, чтобы защитить любимую больную.
У вновь уложенной в постель молодой женщины, уже наполовину уничтоженной, был ничего не выражавший взгляд. Она была охвачена неописуемым страхом.
Один из невидимых магнетизёров, присутствовавших здесь, по предложению Сальданьи начал проводить разрушающие энергии вдоль её глаз, подвергая пыткам нити поддержки. Галлюцинаторные явления выдавали не только кристаллики глаз. Глазные артерии тоже подвергались мощным изменениям.
Я заметил, с какой лёгкостью извращённые сущности теней гипнотизировали свои жертвы, навязывая им те психические мучения, какие они хотели.
Крупные слёзы омывали лицо несчастной, слёзы, выдававшие её внутреннее напряжение.
Её угнетённый и страдающий дух, разрываясь, тиранил ей сердце, которое бешено билось, вызывая серьёзные нарушения во всём органическом пространстве.
Проводя на глазах сложные действия, магнетизёр заинтересовался путями равновесия и слуховыми клетками, которые он наполнял тёмной субстанцией, словно заливал горючее в двигатель машины.
Даже если бы Маргарита и захотела, она теперь не могла бы уже встать. Компактный впрыск токсичных флюидов перемешивался с лимфой полукружных каналов.
Когда странная операция была закончена, Сальданья отослал всех ужасных сотрудников, за исключением бинома, который занимался гипнотизмом, заявив, что есть ещё работа в другой части города. Легион Грегорио ждали и другие дела, и в соответствии с мнением руководителя пыток, Маргарита уже получила материал прострации, которого хватит на тридцать часов.
Постепенно дом опустел, словно улей, оставленный прожорливыми
Оставаясь наедине с ужасным одержателем, Губио потихоньку пытался внутренне прозондировать его.
— Твоя верность данным обещаниям более чем значительна; в этом нет никакого сомнения, — любезно заявил ориентер.
И пока Сальданья тщеславно улыбался, он продолжал, мягко и проникновенно глядя на него:
— Какие причины могли побудить Грегорио передать тебе столь деликатную миссию?
— Ненависть, друг мой. Ненависть! — решительно объяснил тот.
— К женщине? — спросил Губио, указав на больную.
— Не собственно к ней, а к её отцу, бездушному судье, который разрушил мой семейный очаг. Уже ровно одиннадцать лет прошло, как жестокий приговор магистрата пал на моих потомков, уничтожая их…
И видя выражение истинной заинтересованности, которое выказывал Инструктор, несчастный продолжил: