К делам заморским мы скоро вернемся, а пока перейдем к еще одному знаменитому событию того года. Торквемада спешил воспользоваться радостью и торжеством по случаю победы христианства. Он воззвал к королевской чете: Бог даровал им победу, Бог объединил всю Испанию и создал могучее королевство под их властью. Но единая Испания не сможет снискать расположения небес, если все люди этой страны не обратятся к Христу. А пока присутствуют в этой стране иудеи, даже на христиан положиться нельзя, ибо «новые христиане» в первом поколении и потомки их упорно тянутся назад, к проклятой вере иудейской, и находят среди «публичных евреев» наставников в этой мерзости. А по всей стране, благо, строгое военное время кончилось, началась бешеная антииудейскоя агитация. О деле Ла Гуардия говорили уже и раньше. Теперь Испанию наводнило огромное число слухов, фантастических историй, направленных против евреев. Пример: врач-еврей лечил инфанта Хуана (наследного принца). От насморка. Дал он ребенку коробочку, в крышке которой были дырочки, а внутри — пахучее вещество. Его запах и должен был смягчить насморк. Но мальчик стал коробочкой играть и случайно открыл ее. А внутри обнаружилась кроме лечебного вещества богохульнейшая картинка! Взглянул на нее принц и от ужаса расхворался еще сильнее! И т. д., и все в том же роде — о спасенных в последний момент христианских детях, которых евреи уже собирались распять, но все срывалось из-за счастливой случайности. И часто молва говорила о совместных действиях «новых христиан» и «публичных евреев». Может быть, говорили об этом не без оснований. Инквизиция воспринималась многими маранами как кара за отступничество. Она сама толкала маранов к иудеям.
Становилось народу ясно то, в чем убеждал монархов Торквемада, — надо избавиться от иудеев. Но евреи пытались противодействовать — среди них были те, кто вхож был к «католическим королям». И они напоминали о полной лояльности евреев в минувшую войну, о пожертвованиях, которые евреи вносили добровольно, помимо налогов на ведение войны. Понимая, что одних слов мало, они готовы были внести единовременный большой выкуп. Этот аргумент всегда весом. Деньги были нужны и после войны. Захваченной казны Гранады хватило лишь на уплату самых срочных долгов. Королевская чета колебалась. Во все книги вошла дальнейшая сцена: сразу после того как от «католических королей» вышла еврейская депутация, предложившая 30 тысяч дукатов (крупная золотая монета) за разрешение остаться, к королевской чете ворвался Торквемада с большим распятием и криком: «Иуда продал Спасителя за 30 серебреников, а вы хотите продать Испанию за 30 тысяч дукатов! Что ж, продавайте, но я в этом не участвую!» — и бросил распятие на стол. Короли сдались. Что тут правда, сказать трудно. Присутствуют легендарные детали вроде совпадения числа 30. Но как говорила моя бабушка: «Неважно, что бумажно — было б денежно». 30 марта 1492 года в Гранаде был подписан эдикт об изгнании евреев.
В королевском эдикте разъяснялось, что евреи вводят «новых христиан» в грех — то есть в «религию Моисея». Из-за этого наша святая католическая вера оказалась униженной и обесчещенной. И чтобы положить конец этим бедам, евреи изгоняются из Испании. Для ликвидации дел дано было им три месяца. Движимое имущество брать с собой разрешалось, но не в виде золота и серебра (это касалось и изделий, и монет). А уже через три месяца ни один еврей не смел находиться в Испании даже проездом под угрозой смерти. Кому это не нравится — волен креститься и остаться. И масса монахов и священников наводнили еврейские кварталы, убеждая, что ни светские власти, ни церковь изгнания не хотели, что надо всем евреям креститься и честно придерживаться христианской веры. Тогда все будет прекрасно. Евреи понимали, что прекрасно не будет, но отправляться в изгнание фактически ограбленными не все решились (и как мы увидим далее — были основания для этих опасений). Власти вели агитацию с размахом. Крещение Авраама Сеньора, «придворного раввина Изабеллы» (см. главу 21), было проведено очень торжественно, в присутствии королевской четы. Но большинство евреев устояло. При всех горестных приключениях, крестились в 1492 году не более четверти евреев Испании — примерно 50 тысяч человек из 200 тысяч. Тут я напоминаю читателю, что для «эквивалента» в наши дни эти цифры надо более чем удесятерить — людей тогда было мало, и население росло медленно из-за высокой смертности от болезней.
