Вова и Жора поднялись на ноги, всматриваясь в темноту и с тревогой думая о старшем товарище.— Может, с ним случилось несчастье?— вдруг спросил Вова не своим голосом.
— Ну, нет. Он не такой,— уверенно возразил Жора.
Из темноты появился Павлов.— Вот и порядок! — сказал он, и они скрылись в лесу.
На другой день по всей округе разнеслась весть о том, что «по какой-то странной случайности подорвался и слетел под откос военный эшелон, уходивший на Восточный фронт».Пожалуй, впервые с тех пор, как их увезли в неволю, Вова и Жора почувствовали себя счастливыми: они тоже борются с врагом!Но и забот у них прибывало. Павлов советовал последить за Максом. Макс, по мнению Павлова, не внушал доверия, хотя, по словам Вовы, он был «хорошим немцем». «Кто знает, может, его подослало гестапо, чтобы наблюдать за ребятами!»— думал Павлов и каждый раз подробно расспрашивал Вову о встрече и разговорах с Максом.На этот раз Павлова заинтересовало, как отнесётся Макс к диверсии, что он знает о ней, и вообще заговорит ли на эту тему с ребятами. Вове он строжайше запретил самому начинать об этом разговор. И всё-таки Вова не утерпел. Он целый день ждал, что Макс сам с ним заговорит, но тот был почему– то особенно мрачен. Вова решил вызвать Макса на откровенность.В обед Люся вынесла мальчикам суп с вороньим мясом. Последнее время Жора приспособился ловить ворон маленьким капканчиком, который он случайно нашёл на скотном дворе. Однако Эльза Карловна запретила варить «эту падаль» в доме и есть ворон на кухне.— Макс, попробуешь нашей «дичи»? — предложил Вова.
Макс улыбнулся и покачал головой:— Пока не хочется, но скоро фрау Эйзен, кажется, и меня заставит жарить ворон.
Они разговорились. Макс пожаловался, что Эльза Карловна считает его лодырем, бездельником и собирается выгнать.— И как мне быть? — говорил Макс,— Ноги мои, видишь, плохие. Ходить тяжело, только и живу тем, что руки целы. Я сказал хозяйке, что договор наш ещё не окончился и она не может меня прогнать, пока я место не найду, а она заявила, что я неблагонадёжный немец, и пригрозила сообщить об этом агенту по борьбе с внутренними врагами Германии.
— Это как понять — «неблагонадёжный»? — поинтересовался Вова.
— Любого бедняка можно сделать неблагонадёжным,— нахмурился Макс,— вот сегодня уже ищут таких неблагонадёжных. Но их-то найти трудно, это народ крепкий, вроде ваших русских партизан.
— Где ищут? — насторожился Вова.
— Везде. Поезд подорвали вчера на линии. Вот и ломают головы в гестапо.
— Поезд? — Вова сделал недоуменное лицо,— Скажите! А это опасно быть «неблагонадёжным» немцем?
— Не будь у меня двоих детей и жены больной, не стал бы я терпеть,— почти злобно сказал Макс,— ничего бы не испугался. Я теперь многое понял…
Появление Эльзы Карловны прервало их беседу, но Вова поверил словам старого работника и понял, что опасаться Макса ребятам нечего. Но и откровенничать особенно, тоже не следует, кто знает, как может обернуться дело.<p id="AutBody_0_toc279769333"> «НЕ СДАДИМСЯ!»</p> 
