— Выходи живей! — крикнули они товарищам по комитету, ожидавшим их сигнала.
— Наши?—раздались радостные голоса.
— Нет, союзники.
Решили выходить не все сразу, а по два-три человека.Лагерь ещё спал. Первой же группе, которую возглавлял Вова, попался Дерюгин, рыскавший по двору.— Стой!— скомандовал Вова и направился к полицейскому, приготовив гранату.
— Что тебе надо? — произнёс полицейский. Он, видимо, не допускал и мысли, что ребята осмелятся напасть на него.
— Взять предателя! — приказал Вова.
Андрей забежал сбоку, чтобы отрезать Дерюгину путь к отступлению.— Не тронь! — рявкнул полицейский.
Андрей с силой ударил его железным прутом. Палач закричал, но подскочивший Вова тряпкой заткнул ему рот. На полицейского навалилось несколько юношей. Ему связали руки и повели в барак. Сопровождали его Люся, Галя и два мальчика.— Не бить, но охранять строго!— распорядился Вова.— Ты, Люся, отвёчаешь за него, смотри, чтобы не удрал.
Вид связанного полицейского взбудоражил всех заключённых. Мгновенно человек двадцать подростков выбежали из барака и, поднимая по дороге камни и палки, кинулись к одноэтажному дому, где жили инструктора, переводчик и охрана.Подбежав к дому, ребята в нерешительности остановились. Один заявил:— Надо вызвать переводчика и объявить, что они арестованы.
— Правильно!— поддержали в толпе.
— Нет!— решительно возразил рослый юноша.— Так они перебьют нас. Надо налётом, внезапно.
Он отделился от толпы и смело вошёл в дом. За ним двинулось ещё несколько человек. Остальные остались у входа. Вскоре все вышли обратно, и вожак растерянно объявил:— Никого… Удрали.
Вова и Андрей с группой ребят подошли к дому Штейнера. У парадного входа, где раньше всегда стоял часовой, было пусто. Медленно и безмолвно поднимались ребята по лестнице на второй этаж. Постучали. За дверью послышался шорох, и на пороге появился ординарец Штейнера. Его заспанное лицо выражало недовольство и удивление только что разбуженного человека.Увидев ребят с поднятыми над головой гранатами, он затрясся, как в лихорадке, и беспомощно залепетал:— Гитлер капут!.. Берлин капут!..
Эти слова были поняты ребятами по-своему. Они подумали, что в Берлине Красная Армия, а Гитлер пойман. Это известие прибавило им бодрости, и они смело направились в квартиру.Штейнер спал непробудным сном после очередной попойки. Вова, Андрей и ещё двое юношей подошли к его кровати.— Вставай, гад!— крикнул Вова.
Штейнер поднял голову, буркнул что-то и снова опустился на мягкую подушку.— Вставай, вобла! Ну, живо!— ещё резче крикнул Вова.
На этот раз Штейнер понял, что у него в спальне происходит что-то необыкновенное. Он сел и, свесив голые ноги, потянулся к ночному столику, где лежали очки. Вова схватил свободной рукой очки и повторил приказ:— Встать! Хенде хох!
Штейнер, стуча зубами, поднял руки, оглядывая ребят осоловелым, тупым и испуганным взглядом.— Пистолет где, оружие?— кричал Вова.
