Магия искусства Вермера вдохновляла многих поэтов, писателей и живописцев, например, Марсель Пруст писал, что «в вермеровском свете купается остановившееся время».
Гениальная простота и правдивость произведений испанца Веласкеса делают его истинным наследником Караваджо, но стремление к холодной объективности, к некой отстраненности в трактовке портретных образов, делает из него мастера новой эпохи. Но не является ли подобная отстраненность лишь позой, «обманчивой видимостью», своеобразной «игрой с зеркалами» или «творческой маской» художника? Скорее всего, для Веласкеса эта бесстрастность нужна была для того, чтобы сохранить свободу творческой позиции. Поддерживая иллюзию, что он пишет то, что видит, не умаляя уродства и не приукрашивая модель, Веласкес преодолел нормы придворного портретирования. Борьба за свободу творчества человека искусства с убеждениями власть имущих всегда была нелегкой. Изображая, в основном, королевских особ, мастер пытается тем не менее отказаться от роли зависимого придворного живописца. Единственным хозяином своего искусства должен оставаться художник. В своей знаменитой картине
Веласкес любит вводить зрителя в заблуждение, любит неопределенность, которая держит нас на расстоянии; его композиции — загадки, смысл которых не удается разгадать сразу.
Далекий от подобной изощренности, Мурильо продолжает в религиозных композициях живописную традицию, корнями восходящую к маньеризму. Более оригинален он в своих жанровых картинах, где находит законченное выражение его талант наблюдателя, его тонкое чувство детали. Эти картины до наших дней сохранили свежесть и совершенно особенную чувствительность.
Питер Пауль Рубенс не просто виртуозно владел кистью — он был интереснейшей личностью своего времени. Его жизненный путь начался в Германии, в семье уроженцев Антверпена. Сам он попал на родину родителей только в двенадцатилетнем возрасте. Здесь, во Фландрии, художник получил свои первые уроки живописи и был принят в Гильдию Святого Луки, что дало ему право завершить художественное образование уже в Италии. Восемь лет, проведенные в Италии, стали решающими для формирования манеры мастера. Полнота жизни, интерес к красочному многообразию мира присущи ранним работам Рубенса как наследнику ренессансной и основателю барочной традиции в живописи. В Италии его внимание привлекли шедевры венецианцев — Тициана, Тинторетто, Веронезе, страстное искусство Караваджо, достижения Академии братьев Карраччи. Объединяя в своем творчестве черты фламандского и итальянского искусства, одновременно реалист и лирик, Рубенс работал одинаково свободно в жанре парадного и камерного портрета, мифологической и религиозной живописи, пейзажа и бытовой сцены. По смелости композиции и силе образного воздействия произведения Рубенса предвосхитили искания Ван Дейка и Делакруа. Возвратившись в Антверпен в 1608 году, Рубенс получил титул придворного художника эрцгерцога Альберта и открыл собственную мастерскую. Однако слава в художественных кругах не прельщала Рубенса, и в 1620-е годы он посвятил себя дипломатической службе. В 1628 году он отправился с миссией в Испанию к Филиппу IV, а год спустя — в Англию, к Карлу I. Эти годы также отмечены исполнением ряда заказов для других европейских правителей.
В серии полотен 1622–1625 годов, посвященной жизни Марии Медичи, Рубенс создает особый тип исторической картины, совмещая достоверность события с включением аллегорий.
В поздний период своего творчества (1632–1640) Рубенс посвящает много времени пейзажу
