…Так получилось, что первый её визит в Париж случился по приглашению Криса. До этого она уже много где бывала, в том числе в Европе, но ни разу не посещала Францию и Париж. Что-то волшебное было в том, чтобы гулять по этому городу вместе с человеком, который был и лучшим гидом, и французом-любовником одновременно. Крис практически не заострял внимания на традиционных туристических местах, хотя, конечно же, они постояли в очереди на Эйфелеву башню и потолкались в шумных потоках в Лувре, переполненном китайцами сильнее, чем любое другое место на Земле, включая, видимо, и сам Китай. Поплавали на кораблике по Сене, пофотографировали город с вершины Монмартра, прогулялись по Елисейским Полям. Однако, ещё он показал ей тихие переулки и уютные дворики, маленькие ресторанчики, в каждом из которых непременно подавали какое-то неповторимое блюдо. Красота.
Прошло почти три месяца с их последней встречи, а встречались они уже почти три года. В общем, у них намечалась годовщина отношений, если так можно было назвать несколько проведенных вместе недель в разное время и в разных городах. Крис позвонил ей заранее и сказал, что хочет отметить дату, наконец-то встретившись, и дал ей возможность выбрать любую точку мира, куда он прилетит, чтобы поговорить с ней. «Я никогда не была в Париже», – ответила Мичико, и уже утром у неё на почте был билет на самолёт. Всего несколько часов, и вот она здесь, а Ламбер с цветами встречает её в аэропорту.
Такое чувство, что жизнь стала похожа на конфетти: обрывки ярких блестящих моментов в непроглядной тьме серой рутины. Невероятная неделя в Париже, витавшая в воспоминаниях. Хайфа. Нью-Йорк. Гонконг. Мюнхен. Лос-Анджелес. Гавайи. Осака. Санкт-Петербург. Мехико. Рио-де-Жанейро. Все эти места пронеслись за три года невероятным калейдоскопом эмоций и любви, оставляя между собой пустоту работы и надежды на следующую встречу. Каждый день без него был наполнен страхом того, что однажды Крис позвонит и скажет, что их отношениям, увы, настал конец. И каждый день тот звонил и говорил, что любит её.
Но через неделю после возвращения из Парижа во время очередного телефонного звонка её мужчина сообщил, что полетит на Марс. И все конфетти воспоминаний разлетелись, будто сорванные ветром лепестки сакуры…
На базу они передали всё только в общих чертах, и на все любопытные вопросы Кристофа и остальных товарищей Шан отвечал, что они устали и расскажут всё подробно по возвращении. Назад шли в приподнятом настроении, легкой походкой и с чувством необыкновенного возбуждения. Это читалось по лицам и Димы, и Мари, и, скорее всего по её лицу тоже. Однако, Чжоу и правда, видимо, вымотался, так что в какой-то момент Волков предложил ему сесть на тележку и повёз китайца, а баллоны с воздухом понесли девушки. Благо они почти ничего не весили.
Тем не менее, час на обратную дорогу снова по ощущениям растянулся на два часа. Так Мичико не терпелось побыстрее дойти до Криса, поцеловать его, и всё рассказать. Однако, с поцелуями, видимо, придётся обождать. Наверняка сначала их ждёт совещание в полном составе, потом написание рапорта, связь с Землей, новые инструкции, которые, разумеется, не замедлят прислать, короткий сон, а там уже скоро нужно давать ответ Чеширским инопланетянам. Забавное было бы название. Их так и не спросили, как они себя называют, как выглядят, и так далее. Вполне можно пока что представлять их эдакими мудрыми котиками, имеющими привычку появляться и исчезать, когда вздумается.
Пока они шли, Мичико внимательно наблюдала за Волковым и Нойманн. Как было приятно видеть Димины попытки всё время находиться рядом с немкой, догоняя её даже с тяжелой тележкой. А ещё Комацу заметила какие-то мягкие и добрые улыбки, которые бросала ей Мари. Неужели то, что она вчера сказала Диме, уже позволило им продвинуться в отношениях? Если это так, то она рада вдвойне, ведь тот был вполне хорошим парнем, и Мари ей определённо нравилась. Здорово было бы, если бы у них что-то получилось! Сегодня такое настроение, что хочется, чтобы всем было хорошо.
Яркое маленькое солнце Марса быстро спускалось за гребень гор над долиной Маринер. Планету окутали короткие сумерки перед холодной ночью. На небе, среди появляющихся созвездий, пролетела мигающая звездочка – «Одиссей». Где-то там, в триллионы раз дальше их корабля и в миллионы раз дальше, чем Земля, которую они оставили, кружилась вокруг какой-то звезды невидимая ни в один телескоп планета, заселённая непостижимой пока что цивилизацией удивительных разумных существ, с которыми они только что общались. Эта мысль была фантастически всепоглощающей, делающей ничтожными все остальные её размышления, события, происходившие с ней, да и со всей родной планетой, раньше. Она, простая девочка-врач из Осаки, только что провела первый контакт с инопланетянами.
