– Доктор Ланге, рад знакомству. Само собой, вы правильно решили, – Артур вышел из-за стола, подошёл к Генриху и пожал ему руку. – Давайте организуем чай, и я поделюсь кое-какими мыслями.
– С удовольствием, коллега. Я же только что с трансатлантического рейса, вызов застал меня в Гренобле, во Франции, оттуда пришлось лететь через Париж. Я столько времени проторчал в воздухе, что организм теперь совершенно иссушен, так что чай будет весьма кстати. Хотя и от обычной водички не отказался бы, – он замер, глядя в глаза Артуру, потом вздохнул, и добавил. – Вот ведь дела творятся, полжизни ждал чего-то в таком роде, но не думал, что стану участником грандиозного события.
В кабинете нашелся чайник, профессор вскипятил его, достал с полки две кружки и два пакетика с заваркой, залил их кипятком и поставил на стол перед собой и Генрихом. Они спокойно пили чай, а доктор Уайт посвящал немецкого коллегу в то, что ему удалось систематизировать.
– Я не специалист в астробиологии и потому обратил внимание на другое, – заметил тот, выслушав Артура и прочитав рапорт с Марса. – Мне показалось, что это качественный спектакль со стороны пришельцев. Даже мелькнула мысль, что разговор – подделка, и никаких инопланетян нет.
– Почему вы так решили, Ланге? – удивился Уайт.
– Вы заметили, как понятно для нас они строят фразы? Речь, по сути, есть отражение мыслей и культуры, и то, что слова звучат на нашем языке, вовсе не гарантирует глубокое его понимание. Используя английский язык, я с легкостью могу произнести совершенно бессмысленное предложение. Вот, например, «Дневной нюх орла возвышается вплоть до самой стрижки».
– Генрих, это ерунда какая-то, – улыбнулся Артур, не очень понимая, к чему тот клонит.
– Именно! Я учёл все правила и словарный запас, но выдумал другой культурный слой, в котором подобный набор слов имеет смысл. А вы находитесь в своём слое, и для вас он звучит как какой-то бред, – взмахнув руками, продолжил доктор Ланге. Артур начал понимать. – Когда мы говорим, то используем не просто язык, но и близкий нам культурный инфослой. Порой даже жители одной страны не очень хорошо понимают друг друга. Однажды, лет тридцать назад, я приехал во Вьетнам на конференцию, у меня осталось три дня на отдых, и я решил проехаться по достопримечательностям. Так вышло, что я случайно заблудился и стал искать способ вернуться в отель. Я нашёл какого-то крестьянина, который пахал в поле, и спросил у него, где найти телефон. Он не знал никакого языка, кроме родного, и я начал объяснять ему, что мне нужно, жестами. Не сразу, но мужчина понял, и направил меня вдоль тропинки. Минут десять я пытался сказать, чего хочу, хотя имел в виду всего лишь телефон и автобус. А тут, казалось бы, совсем другой вид, с другой планеты, а мы сразу прекрасно друг друга поняли.
Артур, не торопясь, переварил и осознал слова Ланге. Но что из этого следует?
– Так вот, доктор Уайт, если бы гусеница, живущая в капусте, обрела разум и выучила бы английский, ей не удалось бы понять людей или донести до них свои мысли. У нас слишком разный цивилизационный, культурный код. А теперь давайте подумаем. Какова вероятность того, что их культура схожа с нашей больше, чем немецкая и вьетнамская друг с другом? Я считаю, что ноль целых ноль десятых. И поэтому думаю, что и переговоры, и уважение, и язык, и построение фразы представляет собой хитрое мимикрирование.
Артур встал и облокотился на стол.
– Да, но мы же не знаем, с какой целью они так себя ведут… – начал он, но Ланге тут же перебил его:
– Вообще неважно! Мы же сейчас пытаемся помочь дипломатам, так ведь? А инопланетяне используют наш культурный слой, наш язык. Они будут готовы к любым нашим вопросам, а мы, в свою очередь, не сможем понять, врут они или говорят правду. Вот в чем беда.
– Хорошо, но какой смысл им нам врать? Если бы они, технологически превосходя нас на века, хотели нас уничтожить, то у них была куча времени, по их же словам, чтобы это сделать.
– А вот вы представьте, если взять США и… папуасов, к примеру. Стремитесь ли вы их уничтожить? А заключить союз и какие-то торговые отношения? Нет. Папуасы интересуют США ровно тогда, когда нужно построить на их острове военную базу для контроля тихоокеанских торговых маршрутов. Да и угроз от папуасов никаких для США нет. Поэтому никто не вздумает на них напасть. Но на переговоры вы придёте с бусами и станете с умилением смотреть, как они танцуют и просят богов благословить сделку. Вы ни словом, ни делом не покажете, что их культура ничтожна, потому что вам нужны какие-то ресурсы или земля, но вы слишком цивилизованны, чтобы как двести лет назад просто пристрелить всех, кто проявит несговорчивость.
