Все знали о том, как непросто складывались отношения США, Китая и России в последние годы. США – колосс, с трудом контролирующий международную обстановку, но всё ещё обладающий лучшими технологиями. Китай – мощнейшая экономика в мире – за минувшее десятилетие реализовал в космосе больше проектов, чем все остальные страны вместе взятые. Например, запустил отдельную космическую станцию. И именно их дольше всего пришлось уговаривать свернуть собственную программу колонизации Марса в угоду международному проекту. Россия пыталась изображать из себя равного партнёра обоим, в том числе вкладывая в космическую гонку непропорционально большой бюджет, лишь бы не потерять лицо, не уступить китайцам и частным американским компаниям лидерство в космосе.
И вот сейчас трое его товарищей будто бы вывалили на стол все накопленные национальные предрассудки в отношении друга и пытались в громком споре выяснить, кто виноват в том, что столько времени потеряно зря. Они как будто ничему не научились. Даже утверждали, что вопросы, которые они задавали, продиктованы их правительствами.
– Парни, прекратите немедленно, я прошу вас, – сказал Крис, стоя на кухне и участвуя в общей беседе, пока Волков, тоже вовлечённый в спор, одновременно готовил ужин. – Вы тут и по политике своих стран проехались и даже на личности перешли. Зачем вам всё это, а? Мы все показали себя не с лучшей стороны, давайте лучше научимся делать выводы!
Дима стряпал пасту, которую называл макаронами по-флотски. Достаточно простое блюдо: макароны и тушёная говядина. И то и другое долго хранится, является сытным и поэтому в изобилии имелось в запасах. Простое в приготовлении блюдо – спагетти – позволяло Волкову быть активным участником неконструктивной дискуссии. Сейчас, после того как макароны доварились, он слил воду и как раз открывал первую из двух банок тушёнки, но отвлёкся и повернулся к Ламберу.
– Крис, ты, конечно, тут главный и сейчас пытаешься навести порядок, это понятно. Но Айк был главным целый год во время полета и не может отпустить власть. Даже на переговорах он не сумел проявить к нам уважение, да и тут не хочет вести разговор на равных… – начал было он, но его тут же перебил Кинг:
– Дима, я не пытаюсь быть главным, я задавал вопросы, которые считал важными, а у тебя какие-то претензии. Ты меня обвинил, что я США представляю, а не Землю, но это…
– По тебе как раз видно, что ты представляешь Землю! – не дал ему закончить Чжоу, практически крича. – А надо, чтобы было видно, что не ты, а мы, мы все представляем Землю! В Китае живет в четыре раза больше людей, чем в США, а ты с таким видом перебивал нас, как будто наши вопросы ничтожны!
– Шан, ну твои вопросы, если честно, были слишком научными! – Дима распалился и сражался на два фронта. – Причём я знаю, куда ты копал, ведь ни для кого не секрет, что Китай разрабатывает термоядерный двигатель! Ты ещё и Мари завлёк в эту тему!
Шан открыл было рот, чтобы что-то возразить, но Айк рукой сделал знак помолчать и чуть ли не навалился на Диму, наклонившись с высоты своего роста настолько угрожающе, что Крис испугался, что сейчас начнется драка.
– Мистер Волков, не надо строить из себя обиженных! Несколько твоих вопросов касательно будущего Земли и единого правительства – это что? Да понятно же, что их прислали из Кремля! Не надо быть гением, чтобы понять, что Россия, не являясь самостоятельной по сути стра… – тут Дима вытянулся на цыпочках и, почти сравнявшись ростом с американцем, весьма грозно заорал:
– Мистер Кинг, – сделал он акцент на слове «Мистер», – вот не надо мою страну обвинять, речь идёт не о России, Китае или США. Речь о том, как лично ты разговариваешь! А ты давил и сейчас давишь! Хочешь выяснить отношения? Ну давай, ты и я. Ты и я! – парень раскраснелся, метал молнии из глаз, и по ним было видно, что он и правда готов применить силу. Надо срочно вмешаться!
– Парни стоп, стоп, хватит! – Ламбер буквально влез между ними. – Дима, прекращай психоз! Айк, пожалуйста, успокойся!
– Вот оно как! Значит Айку «пожалуйста, успокойся», а русскому говоришь, мол, прекращай психоз. Хорошо ты поработал начальником, Крис, – Дима прекратил рваться в сторону Айка, но совершенно не стал спокойнее и кричал уже практически французу в лицо, – выбрал себе друга повлиятельней, и теперь вдвоём меня задавили! Довольны? Прогибаешься под Айка, впрочем, как Франция под США! Шан, а ты, как в Китае принято, постоишь в стороне, пока русского прессуют? Потом они и тебя задавят, не сомневайся!
