Грейвз совершенно точно не мог знать, что задумали Оливер и Диана. Однако раз он догадался, что Камерон шантажирует их и получает деньги, то вполне мог угадать, по крайней мере, часть их плана. Разумеется, Оливер мог бы все отрицать, но это принесло бы только лишние хлопоты.
– Около двух тысяч, – коротко ответил он.
– Договорились.
– Не думай, что после этого мы в расчете, – отрезал Оливер. – И нашу дружбу это не вернет. Попробуешь перейти мне дорогу – я тебя…
– Знаю, знаю. Прикончишь. Можешь не повторять.
Когда они вышли из библиотеки, Камерон уже покидал зал «Персефона», а друзья Оливера следовали за ним по пятам. Пока граф прохаживался по залу, выбирая, куда бы сесть, Оливер и двое его спутников присоединились к игре в двадцать одно. Это была не самая любимая его игра, но обладала одним несомненным достоинством: требовала вдумчивости и мастерства. Кроме того, если ставки в ней делаются между игроком и банком, значит, бросать Камерону вызов напрямую не придется. Оставалось лишь надеяться, что граф захочет к ним присоединиться.
Десять минут прошло с начала игры, а Камерон прочно устроился за рулеточным столом и не сходил с места. Оливер выругался сквозь зубы. Друзья его смогут оставаться здесь не больше часа. И сомнительно, что даже Камерон умудрится проиграть две тысячи фунтов на рулетке за час.
У рулеточного стола появился герцог Грейвз, по-дружески приобнял Камерона за плечи. Оливер напрягся. Что бы там ни говорил Грейвз, Хейбери по-прежнему ему не доверял. Что, если он сдаст Камерону их план? Чтобы этого не случилось, придется драться.
Однако, к большому удивлению Оливера, Грейвз бросил на него быстрый взгляд, а затем повел Камерона к столу, где сидел маркиз со своими спутниками.
– Найдется у вас местечко еще для двоих? – небрежно бросил Грейвз, занимая стул как можно дальше от Оливера.
– Гм… чем больше, тем веселее, – кашлянув, ответил Апплтон.
Оливер кивнул Мэри Стэнфорд – одной из четырех Мэри, работающих в клубе, сегодняшней крупье за столом для игры в двадцать одно. Она выложила рубашкой вверх пять карт, затем перевернула одну из них – семерку. Сдав карты второй раз, получила четверку, а Оливер – тройку и туза. Он сделал ставку и попросил себе еще карту, украдкой следя за Камероном.
Граф сделал небольшую ставку, и Оливер с трудом удержался от недовольной гримасы. Весь их заговор будет иметь успех, если Камерон проиграет все, что у него в карманах. На третьем круге Оливер выиграл тридцать фунтов, а граф проиграл всего девятнадцать. Проклятие!
– Бог ты мой, Камерон, – проговорил со смешком герцог Грейвз. – Что за старушечьи ставки? Ну-ка, давай покажем, как играют мужчины. – И с этими словами бросил на свои карты ставку в двести фунтов.
Камерон снова уставился на свои карты, а Грейвз встретился взглядом с Оливером и слегка ему кивнул. Хм… Ладно, что бы там ни было у него на уме, но Оливер не привык упускать свой шанс.
– Отлично сказано, Грейвз! – рассмеявшись, заявил Оливер. – Какие-то тридцать фунтов – да на это и время тратить не стоит! – И ответил на ставку герцога своей такой же.
То же сделали Апплтон и Мандерли, смеясь и подначивая друг друга, словно затеяли какой-то веселый розыгрыш. Камерон, нахмурившись, тоже поставил двести фунтов – и тут же проиграл. Собственно говоря, проиграли все, кроме Апплтона.
Полчаса спустя Оливер наконец позволил себе немного расслабиться. Грейвз вел себя как душа компании: сыпал шуточками и подначивал графа ставить все больше и больше. Камерон все сильнее хмурился и все больше проигрывал. Взглянув в сторону двери, Оливер заметил, что Диана наблюдает за ними, и незаметно махнул ей ладонью. Она скрылась.
Секунду спустя Диана снова появилась в зале и направилась прямиком к лорду Камерону.
– Энтони, на одно слово.
– Не сейчас. Я занят.
– Нет, Энтони, сейчас, – настаивала она, нервно сжимая руки. – И ты тоже, Хейбери.
– Проклятие! – пробормотал Оливер и, собрав свой выигрыш, кивнул партнерам по игре и встал из-за стола. – Пойдемте, Камерон.
Граф кивнул и тоже встал. Однако по дороге в кабинет Дианы он схватил Оливера за руку и торопливо прошептал:
– Я проиграл почти семнадцать сотен! Мне нужны еще деньги!
Оливер отбросил его руку.
– Почти четыре тысячи вы спустили меньше чем за три дня? Боже правый!
– Вы же богаты, как царь Мидас! – надувшись, заявил Камерон. – Тысячей фунтов больше или меньше – какая вам разница? А я имею право на эти деньги. В конце концов, этот дом принадлежал моей семье!
– Я не…
– Тише! – прошипела Диана, пропуская обоих в кабинет и закрывая за ними дверь.
– Сегодня утром, – обратилась она к Оливеру с неподдельной тревогой в голосе, – она просматривала наши бухгалтерские книги. Мне кажется, она что-то подозревает.
Определенно, в Диане погибла великая актриса.
– Мы действуем очень осторожно, – возразил Оливер. – Никаких следов не найдешь.
– Все можно найти, если знать, куда смотреть.
– О чем это вы, черт побери? Кстати, то, что получил, я уже потратил. Мне нужно больше денег.
