Герман Геринг недаром так часто при свете мерцающих свечей смотрит на портрет Наполеона I, пытаясь угадать, какими политическими приемами и провокаторскими трюками можно закрепить завоеванные позиции и расширить свое влияние в эпоху империалистических войн и пролетарской революции, т. е. в обстановке ожесточеннейшей классовой борьбы. Во всех планах и во всех приемах Геринга имеются, несомненно, бонапартистские мотивы. Иначе говоря, Герингу нужна обстановка театрального государственного переворота, во время которого и по отношению к противнику, и по отношению к союзникам, а больше всего и раньше всего по отношению к своим товарищам по руководству своей собственной партии легче всего можно смешать решительно все политические карты. Ничто так не пугало Геринга, как возможность отсутствия инсценировки путча или переворота при по существу легальном приходе национал-социалистов к власти. Ему нужна была политическая ночь, когда все кошки серы и ничего разобрать нельзя. Известно, что за несколько недель до прихода Адольфа Гитлера к власти должно было состояться после соответствующих переговоров тогдашнего канцлера Шлейхера с Грегором Штрассером свидание Шлейхера с Адольфом Гитлером, причем в Берлине Гитлера должны были встретить Штрассер и Геббельс, а сопровождал его на свидание со Шлейхером пресловутый полковник Рем, начальник штурмовых отрядов. Не знал о предстоящем свидании только Герман Геринг, т. е. как раз тот член национал-социалистического руководства, в руках которого, собственно говоря, как мы знаем, сосредоточены все нити самых различных переговоров. Национал-социалистическое руководство знало, что переговоры, которые ведет Геринг, имеют одну установку, а свидание Гитлера с канцлером — генералом Шлейхером может привести к совершенно другому результату. Именно поэтому самая возможность вступления Гитлера в правительство Шлейхера держалась от Геринга в секрете. Геринг, однако, об этом узнал и, захватив, что называется, "вождя" на месте преступления, вытащил его посреди ночи и на полпути в Берлин на станции Иена из его купэ международного вагона, заставил его отказаться от свидания со Шлейхером. Этот факт является, между прочим, великолепной иллюстрацией к тому, какое положение занимает Геринг внутри фашистского руководства.
При образовании фашистского правительства Адольф Гитлер, несомненно, пытался сделать из нужды добродетель. Известно, что германский финансовый капитал, устанавливая фашистскую диктатуру, во избежание излишних политических издержек, которых в форме "переворота", хотя и инсценированного, добивался Геринг, оформил эту диктатуру в том виде, что власть Адольфу Гитлеру была вручена президентом-фельдмаршалом Гинденбургом. Иначе говоря, фашистская диктатура была оформлена в виде весьма помпезного национального объединения. Такое оформление фашистской диктатуры было совершенно невозможно без включения в состав фашистского правительства Гугенберга, Папена и Зельдте, причем для пущей верности была смонтирована, как в дешевой кинокартине, сцена торжественного заверения Адольфа Гитлера престарелому президенту, что он "под честным словом" обязуется никогда не расставаться со своими соратниками.
