От Орла до Новороссийска полностью

18— 21 ноября тяжелые бои на всем фронте. Ночной атакой красные выбивают батальон 3-го полка из села Крюкова-Барского, но последовавшей контратакой положение восстановлено. Они рвут фронт между 2-м и 1-м полками. Команда разведчиков 2-го полка, с капитаном Андриевским во главе, повторной ночной атакой берет деревню Кураковку, но, обойденная, к утру оставляет ее. Направляются два батальона 3-го полка с двумя орудиями. Они залегают под сильным огнем, замолкает и их батарея, осыпаемая снарядами. При попытке снять орудия с позиции убито шесть лошадей. Слева батальон 1-го полка, отбив атаку красных, отправляет на помощь 3-му полку свою четырехорудийную батарею, которая после часового беглого огня (выпущено 300–400 снарядов) расстроила противника, и тот стал отходить.

2-й полк в селе Казачьем держится, но красные теснят батальон алексеевцев и обходят село с юга. Полк направляет два батальона; потеснены и они. Батальон, оставшийся в Казачьем, атакуется кавалерией; он ее отбивает, но ему приказано оставить село. Дорога, по которой до этого шли два батальона, проходившая через глубокую лощину, перехвачена красными; другая дорога в 2 верстах севернее у хутора, который занят противником. Вр. командующий батальоном, капитан Эмпахер, решает отводить батальон северной дорогой. Быстрой атакой эстонцы выбиваются из хуторов, и под прикрытием 12 тяжелых и 6 ручных пулеметов батальон переходит лощину. Кавалерия опоздала: ее сдерживал взвод пулеметов подпоручика Рузского, а за лощиной удар красных с противоположной стороны был сдержан командой разведчиков.

Атаки красных на всем фронте дивизии и опять с угрозой охвата правого фланга. Батальон алексеевцев, а за ним и 2-й полк переходят в село Шейно; два батальона 1-го полка – вс. Шляхово; 3-й полк занимает участок по обе стороны железной дороги; в центре – батальон 1-го полка и команды 1-го и 2-го полков. Дивизия на фронте в 25 верст.

Части переутомлены переходами, боями, усиленной сторожевкой до крайности. Туманы, снег, холод особенно сказались на конском составе, который только в небольшой части был перекован на шипы. Лошади скользили, падали. Чтобы втянуть на подъем орудие, нужно было впрягать лишнюю пару лошадей; для гаубиц требовалась даже двойная упряжка. В одной батарее на переход в 7 верст ушло 10 часов. У пулеметчиков выход нашелся: они отправили свои двуколки и тачанки в обоз, а пулеметы поставили на обывательские сани. Большинство крестьян охотно соглашалось быть подводчиками со своими лошадьми.

В довершение всех бед в полках шла смена командиров: 1-й полк принял полковник Слоновский{175}, сменив вызванного в штаб армии полковника Докукина; 2-й полк принял мало известный всем полковник Данилов, командовавший короткое время отрядом, во время ликвидации Купянского прорыва в августе месяце, сменивший заболевшего капитана Луцкалова, который только что сменил заболевшего капитана Крыжановского (четвертый командир в течение 11 дней); 3-й полк принял капитан Савельев{176} вместо полковника Наумова, первопоходник, командовавший до этого особой ротой при Ставке.

22 ноября. Красные продолжают долбить фронт марковцев. Сильное и упорное наступление вели они на село Шейно, где стоял батальон алексеевцев и куда ночью пришел 2-й полк; наступление свежими частями в образцовом порядке. Две атаки отбиты, в третью они ворвались в село, но были выбиты. Только в полку выбыло из строя до 250 человек.

Срочно батальон алексеевцев был вызван в Белгород. В течение дня отбиты атаки 1-м полком на село Шляхво, но сейчас же один батальон пошел на поддержку батальона, бывшего у реки Донец и попавшего в тяжелое положение. 3-й полк успешно сдержал противника. Наступила ночь. Красные атаковали в центре дивизии. Приказ – отходить к Белгороду.

В этот день красные производили новый Купянский прорыв, на этот раз всей массой своей кавалерии и пехоты, перед которыми не могла устоять конница генерала Шкуро и генерала Мамонтова. Красная пехота уже обошла Белгород и заняла Волчанок.

23 ноября. Ночью 3-й полк через Белгород приходит на ст. Разумная, к которой уже подъезжали разъезды красных. Днем из Белгорода одной колонной под охраной батальона выступили на юг вдоль западного берега Донца все обозы дивизии. С наступлением ночи по той же дороге пошли остальные части со штабом дивизии, оставившим свой железнодорожный состав и севшим на коней.

Дивизия на фланге корпуса шла по полевым дорогам к большим массивам Муромских и Чугуевских лесов, где укрывались отряды «зеленых», состоявших из дезертиров, бежавших пленных, организованные засланными туда коммунистами.

С тупой болью покидали марковцы Белгород, ставший для них родным, как раньше были Новочеркасск и Екатеринодар. Пять месяцев назад Белгород стал для них «станцией» на пути к Москве. Здесь отдыхали, набирались сил. Молили о помощи Всевышнего у святынь города; получали благословение на продолжение ратного подвига в женской обители в селе Борисовка; благословение и четки.