В день воцарения Михаила Федоровича Романова Москва, московское пространство, Русское государство представляли собой печальную картину. Повсюду дымились развалины, не остыли и еще долго не остынут буйные головы казаков и других сумасбродных людей, привыкших воевать, грабить, уничтожать, но не привыкших работать.
Военные ресурсы страны подошли к концу. Казалось, у иностранных держав, окружавших восточноевропейское истрепанное Смутой государство, появилась прекрасная возможность организовать крупную войну за наследство Ивана IV Грозного и разорвать страну Московию в клочья. Почему-то этого не произошло. Почему?
Многие факты из жизни «ограниченного» монарха Михаила Федоровича говорят о том, что боярская Дума и Земские соборы, постоянно созываемые по тому или иному случаю, далеко не всегда сопутствовали усилению государства, повышению благосостояния народа (о процветании вообще говорить не приходится, когда речь идет о XVII веке). А неумелые и даже бездарные действия русских военачальников во времена некрупных, но очень неприятных по своим последствиям войн, безынициативное общее руководство со стороны Думы и Земских соборов в этот период (с 1614 по 1682 годы) нередко ставили Русское государство в тупиковое положение.
Почему же оно, во-первых, устояло, во-вторых, заметно окрепло, накопило мощный людской потенциал, которым блистательно воспользовался Петр Первый? Разные ученые отвечают на этот вопрос по-своему: одни утверждают, что хорошо сработали первые представители династии Романовых, другие хвалят государственную систему «ограниченной монархии», третьи отдают дань русскому народу, и так далее, и так далее, но редко кто акцентирует свое внимание на окружавшем страну Московию мире, на ближайших ее соседях, а также на политической ситуации во всей Евразии, на всем земном шаре, а именно эта ситуация сыграла весьма заметную роль в судьбе Русского государства, которое, если говорить образно и очень коротко, оказалось в XVII веке в своего рода политической теплице.
Чтобы обосновать эту мысль, необходимо хотя бы бегло осмотреть политическую карту земного шара семнадцатого столетия.
Еще со второй половины XVI века в западноевропейские страны (Испанию, Португалию, Голландию…) со всех концов света потянулись по морским дорогам планеты тяжело груженные золотом, корицей, иными богатствами огромные каракки и галеоны. Европа, прорвавшись в дальние страны, быстро богатела, разбазаривая на пирах и гуляньях золото мира, но золота было очень много. Дальновидные государственники той эпохи пускали деньги в дело, в развитие промышленности, в усовершенствование вооружения, в техническое переоснащение армий. Конечно же, все они были не прочь рвануться на Восток по сухопутью, пройти через пораженную бедами Смутного времени уставшую Русь на бескрайние просторы Сибири. Подобные мечты не давали покоя шведам, усилившимся к началу XVII века, полякам, еще могучим, не растерявшим свой потенциал; датчанам, англичанам, которые всерьез подумывали о том, чтобы сделать из Русской земли «огромный склад», откуда можно было бесплатно либо за бесценок брать пушнину и рыбу, зерно и лес… Но!
