От самого темного сердца полностью

– Чего не понимаешь, тыковка?

– На горячую линию поступают сотни звонков. Почему они отреагировали именно на этот?

Мэтти посмотрел на маму, давая понять, что у него есть интересная история.

– Я слышал, что звонил свидетель.

– Правда? – удивилась мама.

– Угу.

Мэтти в два укуса проглотил спринг-ролл. Я поспешила ухватить себе один, пока он все не съел.

– И что? Многие говорят, что что-то видели.

– Я слышал, этот свидетель был особенный.

– Какой?

– Он описал одежду жертвы.

– Странно… Я думала, ее обнаружили голой.

– Это было уже после, – он выделил последнее слово голосом. – А свидетель видел ее до убийства и точно описал одежду. Так в полиции поняли, что ему можно верить, что он не один из тех, кто гонится за минутной славой.

– Откуда ты все это знаешь? – спросила мама.

– В клинике говорили. Чей-то друг участвует в расследовании.

– Информация наверняка секретная, – сказала мама, возвращаясь к их предыдущему разговору.

Мэтти пожал плечами:

– Просто делюсь тем, что знаю.

Он взял лоток с креветками и жестом пригласил нас угощаться. Китайская еда – единственное, чем он готов был поделиться, и то лишь когда наполнит свою тарелку.

– Посмотрим «Вечерний разбор»? Там точно будут подробности.

В начале передачи снова показали заявление Гарри Коннора об аресте. Затем Фиона Дженсен, новая ведущая, беседовала с Эндрю Уилсоном, профессором криминологии из университета Йорка.

– Выступает по национальному телевидению – странно, что он забыл подстричь волосы в носу, – язвил вполголоса Мэтти.

Мама шикнула на него, а сама вся обратилась в слух.

«Коллекция туфель, конечно, ничего не доказывает, но факт очень занятный», – прокомментировал результаты обыска профессор Уилсон.

Фиона Дженсен вскинула бровь и попросила рассказать подробнее.

«Как нам известно, на нескольких местах преступлений были обнаружены одинаковые следы босых ног, из чего следует, что в какой-то момент убийца снимает обувь».

«Чтобы не запачкаться кровью?»

«Возможно. Но, как я предполагаю, он делает так, чтобы установить более близкий физический контакт с жертвой. Похоже на половое извращение, парциализм. Вероятно, у него подофилия».

«Подофилия?»

«Его возбуждают ноги. Это его фетиш, если хотите».

Фиона задумалась и попросила профессора поделиться со зрителями другими догадками.

«Желание убивать исходит из самой его натуры. Это неизлечимо».

«Что это значит?»

«Он не прекратит убивать, пока его не остановят. На какое-то время он способен усмирить себя, но навязчивые мысли непременно возвращаются, и он не может им не поддаться».

У меня по телу пошли мурашки. Я посмотрела на реакцию мамы и Мэтти. Мама обняла себя, словно замерзла. Мэтти же впитывал каждое слово, иногда согласно кивая, будто профессор зачитывал написанную им речь.

Я решила, что все дело в работе Мэтти. Как психолог, он разбирался в таких вопросах, и его, в отличие от нас, ничего не шокировало.

«Что вы можете сказать о складе характера убийцы? Его психике?»

Уилсон переплел пальцы, подражая Фионе и устанавливая с ней контакт. Так нам объяснил Мэтти.

«Он одержим необходимостью все контролировать. Об этом свидетельствует его манера заигрывать с полицией и то, как он избавляется от тел. Он наслаждается властью, которую имеет над другими. Демонстрирует свою силу. Играет в игру».

Мэтти презрительно усмехнулся:

– Без ученой степени до такого не додумаешься, а?

Мама призвала его к тишине.

«Опишите этого человека», – попросила Фиона.

«Ему сложно заводить романтические отношения. От этого он нападает на одиноких женщин. С другой стороны, возможно, дело в том, что они – самая легкая добыча. В таком случае любая может стать его жертвой, если окажется в неподходящем месте в неподходящее время».

Я посмотрела на маму, мысленно умоляя ее запомнить услышанное.