Так оно и вышло. 3 сентября нам пригнали обещанный автомобиль, «Грэхем-Пэйдж» (марка довоенного американского легкового автомобиля. –
3 сентября я сажусь за руль и заезжаю домой, чтобы взять кое-какие вещи, которые укладываю в чемодан. Теперь это действительно в последний, в самый последний раз! В багажнике больше нет места, и я привязываю чемодан сверху него. Проезжаем мимо школы, где собирались ожидающие отправки семьи. Здесь никого нет. Убедившись в этом, мы уезжаем и движемся через Брюссель. На проспекте Марнекс горит здание. Если память меня не подводит, это «Галерея Марнекс». До нас доносится несколько взрывов. В отдалении все еще догорает купол Дворца правосудия и, поскольку день ясный, клубы черного дыма поднимаются высоко в небо. Ранее утром мы уже видели, как он полыхает в тех местах, где произошли взрывы.
По мере приближения к воротам Луи нам кажется, что мы видим бронированные разведывательные машины союзников. Этим утром нам сказали, что несколько передовых частей союзников уже находятся в черте города. Разворачиваемся на 180 градусов и на полной скорости мчимся к улице Луа, по которой и движемся дальше. С разных направлений гремят несколько выстрелов, и нам совершенно непонятно, откуда стреляют и в кого метят, и, более того, мы даже не задумываемся об этом. Едем к площади Мейзера, откуда направляемся по шоссе Лёвен, в сторону пригородов. Сейчас около 20:30 вечера.
Дальше по дороге, в Крайнеме, остановился автомобиль. Это «Пежо», один из тех, у которого передние фары находятся за решеткой радиатора; он серого цвета, как все немецкие военные машины. В нем четыре немецких парашютиста. Двое устанавливают на месте лобового стекла пулемет MG 42. У этих моделей «Пежо» съемное лобовое стекло. Мы останавливаемся рядом и спрашиваем, не нужна ли помощь. «Нет, все в порядке». Они просто принимают меры предосторожности, поскольку считают, что попали под прицел franc-tireur, снайпера, хотя ни в кого из них не попали.
Дальше к Лёвену мы едем вместе. Через несколько километров дорога заблокирована горящим военным грузовиком. Он вез боеприпасы, которые периодически взрываются, но это не снаряды крупного калибра. Мы хотим объехать грузовик, однако офицер, командир немецких солдат, стоящих на обочине, не пропускает нас. Потому что в грузе есть и крупнокалиберные боеприпасы. Тогда мы делаем крюк левее, по небольшой мощеной дороге. Она выводит нас на шоссе в сторону Велтема. Когда нам уже виден Лёвен, наступает вечер. Дорога к центру города идет под гору. Слева несколько домов, а справа высокий склон, поросший густым кустарником. Внезапно до нас из кустов доносится громкий выстрел, и граната попадает в фасад дома с левой стороны дороги. Целились в нас, но стрелявший промахнулся. Должно быть, это что-то вроде базуки (реактивный противотанковый гранатомет. –
То один пожар, то другой вынуждают нас двигаться в объезд. Пожарище на главной площади. Мы оказались в тупике. Свернуть некуда, переулок, больше похожий на пешеходную дорожку, чуть шире автомобиля. Прямо перед нами дорогу, прямо по ее центру, блокирует здоровенный гранитный столб, чуть меньше метра высотой. Я всегда испытывал ужас перед ездой задним ходом. На низкой передаче двигаюсь вперед, пока практически не упираюсь в столб и, надеясь, что он вкопан не очень глубоко, плавно, но сильно давлю на педаль газа. Столб поддается безо всяких усилий, хоть и слегка царапает днище автомобиля. Короткий, засыпанный пеплом участок пути, и еще один такой же столб, который мы сносим тем же манером. Автомобиль не поврежден. Снова выбираемся на главную дорогу, пригодную для машин, делаем несколько поворотов и попадаем на трассу в сторону Арсхота.
Два моих товарища, распластавшиеся на больших передних крыльях, чтобы быть готовыми к любым неожиданностям, вернулись на свои места в машину, к молодым дамам, которые едут вместе с нами и о которых я еще не упоминал. Это жена Эме и Мади, которая собирается воссоединиться со своим немецким женихом то ли в Беттбурге, то ли в Бенсберге, точно не помню, а третья – Лине. Она тоже, если я правильно понял, едет к кому-то в Германию. Я не упоминал о них раньше потому, что это меня мало касалось! Теперь все в машине, и «Пежо» парашютистов следует за нами, словно тень.
