В этом точно замешана Лиз. Последний раз мы виделись пару недель назад, когда отправились на шопинг в Камден. Там я наткнулась на магазин винтажа и нашла изумительное и недорогое свадебное платье; теперь оно висело у Лиз и дожидалось предсвадебной примерки, после которой мне его подгонят по фигуре. Лиз совсем погрязла в работе, на которую снова вышла, и при этом продолжала заботиться о Мэдди. Времени на то, чтобы выполнять обязанности подружки невесты у нее не оставалось, поэтому я обрадовалась перспективе провести вместе четыре дня.
Через час такси подъехало к аэропорту Станстед. Внутри суетились люди со своими чемоданами, и все, кроме меня, знали, куда им идти.
– Эбби! – окликнула меня Лиз.
Я повернулась: она бежала ко мне, таща за собой чемодан на колесиках. Ее светлые волосы подпрыгивали с каждым шагом.
– Я так и знала, – сказала я, когда она поставила чемодан и бросилась обнимать меня. – Знала, что это твоих рук дело. Это очень мило с твоей стороны, но я бы обошлась чашечкой чая в отеле.
Лиз помотала головой.
– Это не я, Эбс. Моим сюрпризом был шопинг по свадебным платьям. Я только вчера сама узнала – мама приехала с чемоданом и сказала, что я отправляюсь на девичник-сюрприз, – она покачивалась на носочках, пока говорила. – Даже Мэри в этом всем замешана. Я очень хочу узнать, куда же мы едем. А еще… У меня есть одна новость.
– Что такое?
– Я увольняюсь, – она стиснула зубы.
– Боже, вот это новости!
– Угу. Я считаю, что это правильное решение. Я не хочу опять оставлять Мэдди в яслях. Там одни минусы – сплошной стресс, слезы, как мои, так и ее. Слишком сложно. И Мэри сейчас столько работает… – в ее глазах заблестели слезы. – Мне кажется, будто у меня отняли возможность насладиться первыми месяцами жизни Мэдди. Я скучаю по ней. Но и работу свою я люблю… – Лиз уставилась наверх, на потолок.
– Послушай, все будет хорошо. Ты делаешь все, что в интересах Мэдди. Я считаю, что это очень храброе решение, и сейчас, скорее всего, оно же и верное. Я уверена, что тебя обязательно примут обратно в будущем, если ты передумаешь.
Лиз кивнула и улыбнулась. Кажется, плакать она больше не собиралась.
– Я справлюсь. С послеродовой депрессией справилась, и с этим справлюсь. В любом случае эта поездка организована для тебя.
– Но если не ты ею занималась, то…
Я услышала ее раньше, чем увидела: каблуки зацокали по линолеуму, раздался знакомый залихватский свист. Эми. Она еще издалека стала бешено махать нам рукой и, когда подошла ближе, заключила нас в объятия.
– Ура-а, вы доехали! – она хлопнула в ладоши.
– Здорово, что ты организовала мне девичник, но я…
– Ты что, решила, что я позволю своей сестренке выйти замуж, не проводив ее как следует? – она покачала пальчиком с наращенным ногтем. – Да ни за что. Вечеринка будет отпад. Мама присматривает за детьми, мама Лиз – за ее малявкой, а нас ждет грандиозный отрыв. Я все еще злюсь на тебя за то, что ты не позвала меня хоть как-то помочь со свадьбой. Вот я и решила, что займусь девичником, пока вы не придумали какую-нибудь унылую фигню. – Она сделала вид, что подавила зевок.
– Мы будем втроем? – уточнила я.
– Не, еще твоя подруга-ливанка идет на свадьбу, которая там будет, и она пообещала присоединиться к нам.
Я просияла, узнав, что мы повидаемся с Надой, но чувство вины болезненно пихнуло меня в ребра. Последний раз, когда Эми и мама бывали на чем-то, связанном с моей свадьбой, был два месяца назад, когда мы смотрели свадебные платья. Я надеялась, что мама займется хотя бы платьями подружек невесты, но Елена Логан передала это дело в руки какой-то знаменитой шотландской швеи неподалеку. Меня уверили, что подправить платья по размерам можно будет незадолго до свадьбы.
Эми расстегнула свой чемодан и достала розовые футболки. С одной стороны чемодан был под завязку набит всякой атрибутикой для девичника – такое сложно не заметить. Эми кинула нам футболки, а сама распахнула джинсовую куртку, демонстрируя свою.
От изумления я открыла рот. На футболке было написано:
Не успела я сказать что-нибудь вразумительное, как заговорила Лиз:
– Мы летим в Стамбул? – она, широко распахнув глаза, перевела взгляд с меня на Эми.
– Да, а что, по стихотворению не догадались? Вкусно – это про турецкие сладости, там солнце и море, а индейку[4] можно съесть. Долго же до вас доходит, Боже. Я договорилась с EasyJet на билеты за семьдесят девять фунтов и на скидку в трехзвездочном отеле, где у нас будут два смежных одноместных номера. Я помню, что когда ты ездила с Interrailing, ты сказала, что Стамбул тебе понравился больше всего. Видишь, я такое помню. Я подумала, тебе понравится идея вернуться и освежить воспоминания.
