Могучий Макс Планк всегда знал, что нет у Михаэля Швальбе брата Карла. По крайней мере, никогда не получал о нём сведений, а по законам логики отсутствие доказательств — не доказательство отсутствия.
В обычной жизни Кнопп обожал фокстерьера Олафа. Бравый пёс чем-то напоминал ему помощника из раннего Microsoft Office. Настал момент, когда старший сотрудник сообщил новость: любимец Марка умер. Разведчик слушал с опущенными веками, не роняя ни слезинки. Этот поворот подтолкнул его к необычному предложению для Вольф. Если она любила шить игрушки, пусть выточит из древесины статую Олафа. Прямых обязанностей у неё меньше, свободного времени больше.
Младший сотрудник Алексей действовал под легендой камердинера Швальбе, но не по принципу «мы с Дагмарой ходим парой». Он пошутил о своём внешнем сходстве с хорьком («главное, что похож не на сурка»). Всё верно, сонные Боссу не нужны.
Если Кларе понадобится древесина, на покупку отправят вышеназванного «слугу». Конкретный разведчик не ленился, просто именно для него не нашлось ни времени, ни возможности.
Очередной день не прошёл зря. Швальбе извлёк из компьютера нестандартные данные и немедленно передал. Как здорово, что на родине Макса Планка не знают ни о Кибер-мире, ни о бионических контактных линзах и ларингофоне. Если каким-либо образом проведают, в лучшем случае посмотрят как баран на Бранденбургские ворота.
Как сообщили Кноппу, средняя сотрудница ненароком уронила деревянный объект на немытый пол (грязных рук не боялась). На следующий день еле заметный след падения исчез. То есть скульптуру заменили на внешне идентичную. Её габаритов достаточно, чтобы спрятать подслушивающее устройство.
Речь зашла о существовавшем в нашем мире лице, о шпионе Бисмарка по фамилии Штибер. Точнее, об альтернативном двойнике Штобере, а если ещё точнее, о сыне, который пошёл в политическую полицию. Подобно историческим персонажам, Штоберы происходили из Саксонии. Именно в ней побывала II группа во время 2-го дела. Дополнительную информацию принесла руфская жена саксонского принца, один из агентов. Если кратко, герр Планк обеспокоен появлением у «Швальбе» младшего брата (зато об участии подчинённого в событиях из 1-го дела он не знал). По его версии, здесь замешан Наш Мир. В отличие от Мира-2, Мир-1 среди них относительно известен.
Свою роль сыграла т. н. «беспроволочная ламповая разведка». По мере развития техники местные перехватили радиосигналы для II группы, но не смогли расшифровать. Штобер предложил Планку провокацию. Допустим, сотовая связь от Александра Белла наших засланных людей не удивит: он и в реальной истории замышлял фотофон, а в Мире-1 и подавно воплотил в жизнь. Аналог роботов (конечно, реальных, а не разумных) здесь тоже не das ist fantastisch. Остаётся цифровая фотография.
Удивлённый Кнопп не изменился в лице. В обычной жизни преподаватель электроники, он имел представление об АЦП и ЦАП (у всех профиль соответствовал деятельности: подчинённый в жизни преподавал информатику, в отличие от Вольф, в школе).
Догадка оказалась верной. В роли матрицы выступила огромная фотоплёнка, которую обходил щуп-фотоэлемент. Яркость точек вызывала поступательное движение стержня, который перемещал второй стержень под соответствующим углом, а его конец нажимал кнопку с нужным сочетанием нулей и единиц. Недостатком стало то, что без плёнки не обойтись, и её нужно утилизировать. Изображение всегда монохромное, и мы не знаем, как реализуют сжатие.
По замыслу начальства, операторам ЭВМ расскажут о нестандартном изобретении, чтобы по их реакции вычислить засланного. Существование самого анахронизма под вопросом.
Белл уже внедрил беспроводной телефон (фотофон), для него требуется выносливая прислуга. Возник замысел электромеханических денег. Конечно, к кассовому аппарату подсоединят не карточку, а подобие арифмометра или одометра. Однако распознавание разных купюр при пополнении счёта — задача более сложная. К слову, QR-код вряд ли появится. А если упомянут в качестве реалии Нашего мира, назовут ли Квертра-Реда-кодом, по буквам готского алфавита из неудачной задумки с газетой? Нет, не позволят, получилось бы несерьёзно для культурной страны.
Кноппу-«Швальбе» предстояло испытание на смекалку и хладнокровие.
