Но впечатлило меня больше всего не это. Вокруг деревни не было забора. Совсем никакого! Ни массивных бревен, как в Круже, ни плетеного частокола, как вокруг близких к Антаре деревень, ни даже самого легкого временного заграждения. И это в лесу, где обнаглевшие волчни только что в котелок с обедом не заглядывают? Да их всех тут в первый же день лесные твари должны были на ветробожий суд отправить!
Где-то в глубине души слегка толкнулось морочье и зашевелилась легкая тревога. В таком странном месте ухо востро надо держать. Может тут все село – мороки, вот их лес и не трогает! Хотя ведь Грай ходил утром, нормально вроде все. Травник уже махал мне рукой, приглашая спуститься.
На подходе я внимательно рассматривала деревню. На первый взгляд – селение, как селение. Ровные квадратики огородов с овощными грядками. Вдоль улицы яблони с уже налившимися плодами, ветки к земле тянут. Дымок над крышами вьется, плывет в воздухе запах свежих щей. В вырытом на окраине прудике плещется стайка жирных белых гусей. Из леса чуть в стороне возвращаются домой девушки с корзинками ягод. На самой опушке голопузая малышня устроила чехарду, гонясь кругами за рыжей пушистой кошкой.
А вот это уж совсем ни в одни ворота! Да для всей нежити лесной, смех детский наипервейшая приманка, на сладкий кусочек указующая! Не хватает только сигнального факела, для нетопырей, дабы на подлете не промахнулись и указателя на опушке: «Морокам, волчням и разбойникам – туда».
– Грай? Тебе не кажется, что тут что-то не чисто? Забор-то у них где?
– Не кажется, – беззаботно отмахнулся парень, – он им без надобности тут.
– Без надобности? – я остановилась и попыталась просверлить спутника подозрительным взглядом. – А лес как же? А твари? Волки, в конце концов?
– Итка, ну что ты так взвилась? – Грай излишне старательно изобразил беспечный тон. – Ну, живут себе… люди, без забора. И что?
– Ничего! Не бывает так! – показное спокойствие спутника меня лишь больше насторожило.
– Вот ты знаешь, как бывает, а как нет? А! – травник резко остановился. – Познакомься, кстати, это Трош. Кузнец, про которого я тебе говорил.
Только я завертела было головой в поисках кузнеца, как где-то на уровне моего живота раздался резкий писклявый голос:
– Здравы будьте!
– Здра… – я земерла в недоумении. И это кузнец? Да его не то, что молотом, веником зашибить можно. Тощенький мужичишка, на полголовы ниже Грая, походил на кого угодно, но только не на кузнеца. Сам-то травник по худобе своей напоминал недокормленного цыпленка, но рядом с Трошем даже он смотрелся широкоплечим могучим воином.
– Что, мелковат, да? – мужичек добродушно усмехнулся в густые усы, видимо привыкнув к такой реакции окружающих.
– Да, то есть, нет… То есть я не то хотела сказать… – я засмущалась, стараясь не ляпнуть что нибудь еще и не обидеть радушного мужика. Он вон в гости позвал, к самой околице встречать вышел, а я тут как тут со своим языком-помелом.
– Дыть, не смущайся ты так! – Трош махнул рукой. – Не ты первая, не ты последняя. Да что там рост, главное, что силушкой ветра не обидели!
Я вежливо покивала, соглашаясь, и прикидывая, где в этом тщедушном тельце затаилась искомая «силушка»…
***
В ворота заколотили так, что Ветан, растеряв всю степенность и чувство собственной важности, спотыкаясь, кинулся открывать. Судя по звуку, стучали как минимум оголовьем меча или оплетенным в металл носом тяжелого рыцарского сапога. Да и правда, кто кроме рыцарей так бесцеремонно в общину рваться будет?
Невеселые мысли придали ногам прыти, а рукам проворности и, наконец, тяжелый засов, поскрипывая, пополз в сторону. Вовремя. За забором уже раздавались витиеватые ругательства и описания несчастий редкостной свиевости, которые должны в ближайшее время свалиться на голову нерасторопного охранника. Китоврас поморщился, уловив что-то про ближайшее родство с козами, но послушно потянул створку на себя. Все еще ругаясь, в ворота ворвался первый из рыцарей, на удивление кентавра оказавшийся клириком в длиннополой рясе.
– Где она!?!
Несмотря на разницу в росте, китоврас почувствовал себя нашкодившим малышом. Синие глаза клирика казалось, прожигали насквозь до самой души. Под этим взглядом очень хотелось признаться сразу во всех накопившихся грехах, вплоть до пирожка, утащенного в детстве со стола у соседки.
– Что тут, Свий вас побери, происходит?
Сочный бас развеял наваждение и Ветан, со вздохом облегчения, повернулся к спешащему от общинного дома старосте. Рыцари уже засыпались во двор, с похвальной скоростью просачиваясь сквозь узкую щель в воротах, и успели быстро обшарить большую часть подворья, распугав жителей по домам. Староста в нетерпении топнул копытом, повторяя вопрос и, охранник поспешил отойти в сторону. Вот пусть он теперь с незваными гостями и разбирается, не зря же в старосты выбирали!
