– Ну так вот, и отдельные расы. Такие как, теньяки и вуколаки. При должной степени умения, магик может заставить человека превратиться в животное, но никаких даже зачатков ума эта тварь иметь не будет. В крайнем случае выполнит определенный приказ, начнет охотится на людей и рано или поздно попадется на вилы к селянам. Обратный оборот еще никто технически не осуществил. Учитель рассказывал, что разработка обратного заклинания идет полным ходом, но пока увы.. Мозг у оборотня переходит в животное состояние навсегда. Вуколаки же одна из старейших каврийских народностей. Они могут без ущерба для морального и физического здоровья оборачиваться сколько угодно раз. При превращении в зверя человеческая память и навыки не теряются, что делает их опасными и расчетливыми врагами. К счастью вуколаки предпочитают оседлый и замкнутый образ жизни. Подходы к их селениям охраняются лесной мелкой нечистью, типа заблудов, и без разрешения хозяев в деревню не попадешь. Власти их не трогают. Поди, сперва найди в чащобе, а потом повоюй, против целой стаи разумных волчней, недюжинной силой в любой ипостаси обладающих. Тем более, вуколаки с натурального хозяйства кормятся и на жителей и скот не нападают. А смысл, коли у самих такие же козы да куры?
– Так получается, они кроме оборачивания, от нас не отличаются ничем? – я удивленно почесала белобрысую макушку.
– Ничем, – подтвердил травник, – только, так называемые «мы», при случае, сперва проткнем колом осиновым, для порядка, а потом уже с отличиями разбираться будем.
Я поморщилась. Что правда, то правда.
– Слушай, так это ты на опушке заблуду кланялся, чтобы пройти позволил?
– Ему. Меня-то одного сразу пропустили. Знахарь нужен был срочно. Дочка кузнецова и правда ягод волчьих нащипалась, а для вуколака это почти смерть. С самой грани девчонку вытащил. Магичить пришлось, иначе никак было.
– Ой, а рыцари то не почуют?
– Если даже почуют, то не найдут. Сколько лет у них под боком та деревня? До сих пор не нашли. На несколько-то верст окрест купол заблудный, да хутора для отвода глаз по округе разбросаны. Живет там кое-кто. Это на случай, если кто уж совсем не вовремя рыцарям на глаза попадется. Кто таков? С хутора бобыль, белку промышляю. И всё, вопросы сами отпали.
– Так, – я словила за хвост ускользающую мысль, – подожди, а теньяки тогда кто такие?
– Ну… – Грай замялся, видимо прикидывая как наименее болезненно донести до меня информацию. – Вообще их когда-то, хм… вампирами называли.
– И ты хочешь сказать, – я с подозрением уставилась на спутника, – что они так же как оборотни, сугубо мирным хозяйством занимаются. А кровь пьют только в легендах, да в пугалках, коими детишек на ночь стращают?
– Э нет, – травник поморщился. – Тут не все так просто. Кровь-то они еще как пьют, только не у каждого и не по своему желанию.
– Это как?
– А так. Прикинь, куда в нашем мире могут податься вампиры?
– Грай, ты сам говорил, что в загадки играть не любишь! Не знаю я!
– В наемные убийцы! В каждом мало-мальски крупном городе своя гильдия теньячья есть. И властьимущие не только в курсе, но и активно пользуются этими услугами. Правда само существование теньяков не афишируется, во избежание. Еще бы! Умные, быстрые, обладающие сверхчеловеческой силой убийцы. Поди, такого среди людей найди, дабы конкурента по-тихому убрать. А если на каждом углу про них знать будут? Быстренько охотники найдутся. Поубивать не поубивают, но разброд и волнения начнутся обязательно. Восстания еще Каврии не хватало, с осиновыми колами наголо. Потребность в крови, кстати, у теньяков раз в несколько месяцев да и то у взрослых мужчин. У молодежи и женских особей и того реже. Для поддержания жизни заказов хватает. А что он с этим заказом будет делать, сам выпьет или оглушит и домой родственникам на поживу притащит, его дело. Так и живут. Поди, догадайся, что твоя сосед по ночам кровь пьет и по городу охотится.
– И что? Никак не догадаться. А солнце как же? Вампиры же сгорают?
– Так то вампиры! У теньяков кожа просто более нежная, чем у людей, ожоги быстро появляются. Если не загорать в солнцепек, то вреда никакого.
– Мда уж… – я задумчиво скривилась, – поди их узнай. К загару нелюбовь не такая уж редкость. У меня и сестренка на солнце старается не показываться. Сразу кожа обгорает, хоть обдирай и кошель шей. А еще?
– Что еще? – травник недоуменно на меня уставился.
– Ну кто еще в Каврии есть? Я уже ко всему готова, даже к бабкам-ведьмам из сказок.
– Ну-у-у… – Грай задумался. – Смотря о ком ты там в своем топотском углу слышала и кого видела.
– Сам ты угол! У нас только грифоны не бывали. А так купцы разные заезжают. Люди само-собой, карлы, пильфы на тракте кабак держат. Я когда в Круж с теткой ходила-видела. Ну знаю еще, что орки-кочевники в Синей степи живут и кобольды в Ледяных горах.
– Ну да. Плюс вуколаки, теньяки и все.
