Поймав мой взгляд, чернокосая состроила сладострастную физиономию и зазывно облизнула губы. Я непонимающе тряхнула хвостом, а сообразив – густо покраснела. Она что, и с кентаврами?
Завидев мое смущение воительница искренне расхохоталась и легонько стукнула себя ладонью по лбу, мол посмеялась над глупым. Осталось только скорчить непробиваемую физиономию и демонстративно отвернуться. Со стороны девы послышался новый приступ смеха, а я заработала несколько ненавидящих взглядов, как более счастливый соперник. Ну вот, не хватало только из-за нее по хребту схлопотать.
Пронзительно взревела труба.
У них что, и герольд свой есть? Ан, нет. Судя по всему, особенно по неровным противным звукам инструмента, ученика наняли. Да и зачем тут свой герольд, необходимости мало, а услуги их ой как недешевы, чуть ли не наравне с услугами магов ценятся. Красиво турнир объявить да протрубить, уже умение немалое требуется. А уж во всех мельчайших подробностях боя разобраться, все движения соперников увидеть, да верную оценку дать кто победителем будет, это вообще мастерство великое. И оспорить решение принятое, разве что только сам градоправитель потом сможет, очень уж сильна в Антаре гильдия судей и герольдов.
Чувствуя возложенную на него ответственность, худощавый паренек в богатой расшитой золотом куртке, нарочито четко прокричал, кто в первой паре бьется. На площадку, взмахнув клинками, выпорхнула уже знакомая воительница, в противники ей достался широкоплечий здоровяк с боевой секирой.
– Грай, – я дернула спутника за плечо, привлекая внимание – а разве оружие не равноценным должно быть? Он же ее пришибет!
Парень недовольно на меня покосился:
– Ну ты ляпнешь тоже: «Равноценным». Ты это еще разбойникам объясни, когда из чащи на обоз бросятся, который ты охранять будешь. И вообще, не мешай смотреть!
Я замолкла, смутившись, и уставилась на арену. Действо там разворачивалось завораживающее. Воительница по-кошачьи скользила вокруг противника, подразнивая его ложными выпадами. Тот не поддавался и, стараясь не подпускать девушку слишком быстро, и изредка с «хеканьем» отмахивался секирой. Не успела я налюбоваться на плавные и выверенные движения бойцов, как юный герольд остановил бой.
– Достойны оба!
Толпа загомонила, пытаясь разобраться по каким признакам определено равносилие, но оспаривать решение, ясен ветер, никто не решился.
Второй бой прошел предсказуемо. В пару к крупному мужчине, с перевитыми жгутами мышц руками, попался худенький бледный парнишка. Здоровяк поморщившись попросил заменить свой меч на короткую дубину, и первым же ударом паренька унесло под загородку за пределы ристалища. Он еще пытался подняться, однако, исход поединка был уже предрешен. Не велика доблесть с мальцом справиться, но фигура бойца внушала трепет и уважение, и рядом уже остановился один из десятников.
Пришел черед Грая. Противника уже объявили, и я внимательно разглядывала худощавого в возрасте мужчину с белесыми седыми волосами. Хищные, немного резкие черты лица, скупые движения, мгновенно оценивающий обстановку взгляд. Даже я, ничего не смысля, сразу определила его как воина. И, судя по опасливому выражению лица травника, воина умелого.
Нервно переступив копытами, попыталась избавиться от накатившей паники. Почему-то показалось, что они сейчас поубивают друг друга. Мечи и топоры для боя, специально не точились и членовредительство не приветствовалось. На Свия гильдии потом раненых лечить? Но, многие нанимающиеся были со своим отточенным оружием. Догадываюсь, что подставившегося под смертельный удар неумеху, при случае с готовностью похоронят за счет гильдии. И даже извинения безутешным родственникам принесут. Оставалось надеяться только на рыцарскую выучку спутника.
Грай, примериваясь, взмахнул коротким клинком. Подхватил в другую руку дагу, и встал наизготовку в центре площадки. В руках седовласого хищно блеснула сабля.
Легкий полупоклон противников и тишина взорвалась веером ударов и контратак. Через несколько минут преимущество седовласого стало очевидно. Он уверенно теснил парня вдоль загородки и тот едва успевал парировать удары. Вот мужчина ошибся в движениях. Травник радостно вскинулся, замахиваясь. Седовласый крутанулся в обманном маневре и Грай пошатнулся, теряя равновесие. Смертоносный росчерк сабли, и щелчок раскрывающейся на три лезвия даги. Я вскрикнула и в ужасе зажмурилась, представляя как тяжелая сабля сметает тонкую дагу и врезается в тело спутника.
Звук трубы, останавливающий бой, прозвучал словно глас Ветробожий с небес.
– Достойны оба!
Заслышав голос герольда я осмелилась открыть глаза. Не тело же травника он в гильдию разрешает принять? Спутник, как ни странно оказался живым и здоровым, и они с седовласым, о чем-то мирно переговариваясь, уже шли в мою сторону.
– Ит, знакомься, Сарт! А это эээ… Итан! Мой друг и спутник.
