Парень сообразив, что в пылу назвал меня женским именем, смутился было, но не надолго. Сарт распрощавшись ушел за грамоткой и браслетом, кои наемником положены, а спутник обернулся ко мне.
– Ладно тебе дуться, ну подумаешь, узнал что ты девица. Вот ему от этого тепло или холодно? И вообще, разошлись сейчас и мы его больше в жизни не увидим, тем более что уйдем вечером. Вон, лучше глянь, наниматели объявились.
Я подняла глаза и нахмурилась. К нам, радушно улыбаясь, приближались те самые два вороватых типа, кои на входе в гильдию встретились. И нас берут в найм? Меня особенно, без грамотки и навыков боевых?
Готова поставить свой хвост против трех медяков, что что-то тут по свиевски!
Увы, но при пристальном рассмотрении наниматели вызвали еще меньше доверия. Честно говоря, встреть я их где-нибудь на площади в базарный день, на всякий случай кликнула бы стражу, очень уж разбойничий вид у мужиков. Первый, назвавшийся Ктархом, кряжистый коренастый с шрамом поперек щеки и паутинчатой татуировкой на лысине, явно был за главного. Второй, свое имя умолчавший, взъерошенный, щупленький остроносый с бегающими глазками, напоминал облезлую старую крысу и лишь изредка вставлял в разговор пару слов. С такими-то людьми не то, что дела иметь, в корчме-то рядом сесть поостережешься. Да и речь нанимателей, щедро пересыпанная приморскими ругательствами, больше подходила пиратам, нежели купцам.
Но иного выбора не было, и оставалось только молчком топтаться рядом, пока Грай договаривался об условиях найма. А поговорить было о чем. К вечеру из Антары должен был отправиться торговый обоз в приморский город Бройр. Четыре воза с дорогими тканями и один с подгорным вином. Винограда в предгорьях ничтожное количество, но вино из него гораздо слаще и ароматнее чем с долинных виноградников, потому и груз особую ценность имеет. На всё это великолепие намечалась жалкая пятерка охранников, в нашем лице в том числе.
Грай долго и придирчиво выспрашивал маршрут, возможную опасность по пути, условия платы. Я уже было подумала, что он и вовсе откажется от похода, когда наконец дело сладилось и в руки травника перекочевала горсть серебряных монет. Щедрый аванс за еще не сделанную работу.
Остаток дня прошел в сборах и подготовке к дороге. Кормежка и теплый ночлег полагались за счет нанимателя, но на меня ясен ветер, это не распространялось. Накормить, положим, накормят, а вот спать в тепле уложить,это уж никак. Не в воз же затаскивать, всем обозом. А ночи все холоднее, на голой земле уже не поваляешься, как подхватишь студеницу и будет потом бесконечный кашель трепать. Осень уже в свои права вступила. Скоро уже закружатся снежные мухи, и Свий получит власть над Каврией на всю долгую зиму.
Часы на магикульской башне едва пробили вечер, а мы уже стояли за восточными воротами в ожидании. Грай теребил ручку сумки с обновленными запасами взваров и трав и бесконечно поправлял ножны с коротким мечем кобольдовской работы. У меня поперек крупа висела пара дорожных мешков, а к к поясу кроме «лапы» с расческами-лопатками добавился на пристёжке маленький арбалет с рычажным взводом и колчан со стрелками. В лавке оружейника мы оставили почти все деньги, в том числе и припасенных два злота. У спутника в подвешенном на шею кошеле теперь сиротливо звякали две серебряных и десяток медяшек. Зато хоть не с голыми руками на разбойников пойдем, нежели таковые по пути встретятся. В себе я правда сильно сомневалась, что применить против живого человека арбалет смогу. Пока Грай им пользоваться учил я вместо дерева указанного, горшок на заборе ближайшей корчмы насквозь пробила. Как представлю, что и человека так прошивает, ажно плохо становится! Вот кого подобные мысли не заботили, так это явившегося за нам следом Сарта. На ум невольно пришли рассказы спутника о теньяках убийцах наемных, кровь жертв своих пьющих. Черты лица седовласого заострились, словно не полдня в поход собирался а седмицу на воде просидел, валившиеся глаза посверкивали недоброй чернотой, а в движениях появилась хищная плавность, готового к прыжку зверя. Травник едва поздоровавшись напустился на воина с расспросами, но увы, знал тот не больше нас. После получения грамотки и браслета, нечистую магию распознающего, его остановили Ктарх с сотоварищем и предложили щедрую плату за охрану обоза до Бройра. Наниматели доверия не вызвали, но седовласый и так собирался к морю, и подвернувшуюся попутную работу упускать было бы глупо.
– Да уж… – травник задумчиво покрутил ус – Придется разбираться в дороге.
– Угу, – я мрачно покосилась на спутника, – смотри, как бы с тобой не разобрались. Может, им охрана только для отвода глаз нужна или для подлога. Навроде как охотник утку деревянную на воду ставит, дабы настоящие приплыли. А там…
– Итка, у тебя нынче фантазия что-то разыгралась не на шутку – парень, скривившись, показал глазами на Сарта, – так и чешешь языком, так и чешешь.
Я замолкла, справедливо рассудив, что озвучить подозрения и правда смогу где-нибудь в дороге, без чужих ушей.
