Когда большую часть информации успели подтереть!
Она пыталась изучать магию по гайдам из интернета, но не было понятно, работает ли хоть что-то реально или нет.
Лунная вода, особые травы, камни, гороскопы, энергетические потоки — эффект вилами на воде написан.
Но затем ей повезло, в свой очередной поход по заброшкам с друзьями, она нашла книгу в кожаном переплёте, написанную от руки. Чем-то, что похоже на кровь.
Манера письма такая, что ясно сразу — написали всё недавно.
Но кто знает, может быть, информация тем не менее древняя, как сам мир…
Алекса не верит до конца, но попробовать хочет.
Ей нужно во чтобы то не стало доказать себе, что она хоть на что-то способна! Что это не бред. И сейчас, когда Виктор держит её на руках, у неё такое странное чувство… будто бы она шла к этому всю жизнь.
Всё в комнате подготовлено для обряда — на стене нарисована пентаграмма (конечно же, кровью), в правильном порядке расставлены свечи, заучены наизусть слова, которые можно произнести мысленно, во время…
Того самого.
Обязательный ингредиент обряда — занятие любовью.
К тому же, хотя бы у одного из партнёров это должно быть в первый раз.
Девственник ли Виктор, она и не думала спрашивать — ясно же, что нет.
Но это не проблема, потому что у неё-то точно никого не было.
Стоит ли оно того? Страшно ли?
На оба вопроса ответ положительный.
В ритуале сказано, что придёт демон, и он сможет ответить на все вопросы, касаемые колдовства.
Это-то Алексе и нужно.
Рискованно, конечно. Но, если честно, она больше захвачена какой-то странной страстью, которую никогда раньше не чувствовала, чем верит в приход демона.
Это всего лишь маленькая шалость… правда же?
Кошачий глаз
Они совсем про него забыли. И теперь Персик, или Белопуз, как его назвал Виктор, укоризненно наблюдает за ними сидя на пороге комнаты, при этом лениво полизывая свою лапку. Дело это, конечно, бессмысленное, ведь всё ещё царящая в квартире вонь непременно впитается в шёрстку так, что одним языком здесь не отделаешься…
Эта мысль заставляет Персика, нет, не так… Мистера Персика по кошачьи морщиться — топорщить усы. Но понимание того, что когда само помещение избавиться от запаха, хозяйка поймёт, что он остался в шерсти кота только после того, как вернётся её нюх. А вернётся он нескоро! Персика несколько успокаивает.
Персик тихо чихает и пятится, на миг испугавшись, что после такой загазованности квартиры нюх исчезнет и у него самого. Но быстро оставляет это опасение позади.
Он ведь идеальный, ведьмин кот! Нельзя и мысли допускать о том, будто с ним может случиться что-то не то.
А вот Виктору бы поволноваться стоило…
Ведь он, неловко посмеиваясь, почему-то отстраняется от Алексы.
Слабак…
На этот раз Персик топорщит усы презрительно. Ведь, как же так⁈ Они были настолько близки к тому, чтобы завести человеческих котят, и на тебе!
Виктор что-то говорит ведьмочке, Персик вслушивается, поворачивая в их сторону уши, но слов не понимает. Кроме, разве что, одного: «поедим?».
А потому он следует за Виктором, когда тот выходит из комнаты, поправляя на себе одежду, и поворачивает на кухню хозяйки.
Что ж, это хорошо…
Сердце мистера Персика теплеет, взгляд, который он не сводит с Виктора, становится снисходительнее.
Но человек открывает совсем не тот отдел, где хранится кошачья еда, и захлопывает дверцу, так ничего для Персика и не достав.
Он спешит обратно к Алексе, которая так и сидит на кровати в уголке, устраивается рядом с ней, сгружая между ними холодные баночки и звякает прихваченными из кухни ложками.
И что за удовольствие есть ледяное сладкое типа-молоко?
Персик однажды пытался съесть такое, но быстро понял, что это какой-то обман — настоящее молоко не бывает таким!
И сейчас он, не вытерпев, выразит свой протест и недовольство этим!
Мистер Персик запрыгивает Виктору на колени, подпрыгивает на них ещё раз для верности, будто специально пытаясь ударить его всеми четырьмя лапами, и вдруг выпускает когти.
Человек, конечно же, вскрикивает и пытается вскочить на ноги. Алекса бросается на помощь, стараясь оттянуть от него Персика. Но это приводит лишь к тому, что Виктор умудряется опрокинуть на неё мороженое и рукой влезть в своё.
И Персик спрыгивает на пол сам. С чувством превосходства, естественно.
И непонимающе косится на людей, которые смеются, пытаясь отряхнуться от сладкой белой массы.
Но вот смех прекращается, Виктор медленно приближается к ведьме и губами касается её шеи, поцелуем убирая прохладный мазок мороженого.
По её телу пробегает лёгкая дрожь, но Алекса не двигается. Они завороженно смотрят друг другу в глаза, и Персику кажется, будто…
Будто эта парочка и вовсе исчезла из комнаты, утонув друг в друге.
Но вот они что-то тихо произносят, оцепенение спадает и, будто смутившись, Виктор с Алексой озираются.
Баночки из под мороженого каким-то образом находятся на полу. И они оба тянутся к ним, склонившись.
И Персик уж было решает, что всё потеряно и, закатив глаза, собирается уходить. Да только Виктор с Алексой соприкасаются руками, а дальше…