Она схватила его за руку и втащила внутрь квартиры. Мелкая, но сильная, в который раз удивился Вадим. Как только она закрыла за ним дверь, Отбитая бросилась ему на шею, приподнявшись на носочки и прижалась к его губам, просунула шаловливые ручки под его расстёгнутую куртку и обняла его за спину, слегка впиваясь в неё пальчиками. Их обоих окутало облаком из её цветочно-сладковатого парфюма и Вадиму перестало хватать кислорода. Катя чуть прикусила ему губу и отпрянула:
— Великан, не хмурь так брови — срастутся на переносице, будешь вылитый мой деда Вася! — улыбнулась она, сияя голубыми глазами.
Катя снова потянулась к нему губами, но их прервал звонок в дверь.
— Ой, это ко мне. Раздевайся, проходи
Это был всего лишь курьер, который принес Кате большой пакет и она за него расписалась, не открывая, унесла его в спальню.
Как только она вышла оттуда, он протянул ей цветы, она расплылась в широченной улыбке.
— Ой, это тоже мне? Спасибо! Проходи в зал, я цветы пока поставлю.
Он сел на диван, Катя прискакала с вазой, ставя её на журнальный столик. Она тщательно поправляла каждый бутон, высунув кончик языка.
— Игорь сказал, что Свиридов его пригласил в сауну, опять на херню всякую продавливать будет. Такой он, конечно, манипулятор. Хорошо, что ты с Игорем идёшь, он иногда не может сказать твёрдое «нет», особенно, если это старый знакомый. Этики, что с них взять? Я вот только на фиг могу послать, вместо хера, это максимум моей этичности.
— А у тебя какие планы?
— Иду в оперный театр, с мамой, — вздохнула она и резко выпрямилась, подошла к нему и встала напротив, уперев руки в бока. — Позвала меня с месяц назад, ни словом не напоминала, ни за неделю, ни за два дня, ни вчера! Звонит мне сегодня: «Ну что доченька мы сегодня в шесть встречаемся, папа с Сашкой домой поедут пиво пить, с внуками общаться, а мы с Улей тебя около театра будем ждать!».
Катя вскинула руки и начала активно жестикулировать.
— И эта Шпуля, редиска, мне даже не напомнила! А я взяла и ляпнула, что забыла! А-а-а-а, да на меня такая лавина брани свалилась, я чуть заживо не померла под ней! «Да как так можно забыть? Да у нас же традиция под Новый год туда ходить. Прочь, непокорная дочь!». Ну забыла я, бывает такое! Забыла!
Катя сжала кулачки и вытянула ручки вниз, топнув ножкой и злобно пропыхтев под нос ругательства, кажется, на испанском. Вадим улыбнулся, в её родственниках он уже немного разбирался: Саша — её родной брат, Уля-Шпуля — его жена, её подруга.
— «Совсем тебя на работе твоей заездили! Ничего не видишь кроме неё!»
Вадим с улыбкой наблюдал за её мини-истерикой и протянул к ней руки.
— Давай, иди сюда, на коленочках покатаю, успокоишься.
Катя улыбнулась ему и тут же уселась на него, перекинув обе ноги через его бёдра, она обняла его за шею и чмокнула в губы.
— Я сегодня поздно освобожусь, ты как? Заеду к тебе после.
— Не получится, они с папой у меня ночуют, — печально вздохнула Катя. — Ну, если только прям очень тихо, возможно, папа тебя не убьёт.
— А завтра твоё величество свободно?
— Нет. Я еду с утра на горнолыжку на все выходные. С друзьями, мы договорились позавчера ещё. Давай в понедельник, а то я после катания, как выжатый лимон, приезжаю и сплю.
Вадим нахмурился, он был не согласен.
— Ой, слышал бы ты как маман по мне прошлась, когда я сказала, что завтра уеду! «Мы с папой к тебе приехали, а ты сваливаешь. Оставь ключи от квартиры, мы у тебя поживем, потусить с папой сходим, без тебя. Тебе то пофиг на родителей, как будто мы вечные»! Я вообще-то полной жизнью пытаюсь жить, чтобы что-то кроме работы видеть! «Ну делай это в другое время, а не когда я к тебе приезжаю в гости!». А-а-а-а-а! Прям бесит она меня иногда!
Вадим поцеловал её в шею, и продолжал целовать, пока Катя не начала растекаться сладкой патокой в его объятиях, подставляя губы для поцелуев. Она будто специально ёрзала на нём, чтобы вызвать реакцию. Вызвала — его рука внаглую залезла ей под подол, лаская пальцами через трусики.
— У тебя есть минут десять на меня? — прошептала она.
— Есть даже больше.
— У меня только десять — быстрый секс, без раздевания, без душа и мне пора бежать. Презик у тебя есть?
— Чёрт, нет.
— Блин, молись, чтобы у меня был! Сейчас поищу.
И он правда молился, пока Катя искала его в спальне, вернулась, улыбаясь во все зубы.
— Повезло тебе, Великан, только один и есть!
— Это такое у тебя отношение к безопасному сексу, ипохондрик? — он встал с дивана снимая с себя свитер.
— У меня тут тебе не пристанище блудниц! Откуда у меня презикам взяться? — Катя встала напротив него, уперев руки в бока. — Приходишь трахаться — приноси свои! Ко мне с такими намерениями никто ещё не приходил!
— Да ну? — усмехнулся он.
— Ну да, давай-ка помолчи, часики-то тикают. Ты сверху, мне потеть нельзя. И платье мне не порви, пожалуйста, и чулочки не хотелось бы тоже, их не снимай. Можно без прелюдии. Открою маленький секрет — ты когда хмуриться начинаешь, у меня прям сразу трусики мокрые. Потому я тебя и злю временами, извожу тебя и себя. Весело, да?
— Нет!
