— Тебе в феврале восемнадцать, беги от неё, Алиса. Иначе она тебя сломает. Ты уже не понимаешь, где для тебя хорошо, а где мама сказала, что хорошо, и поэтому надо ей поверить.
— Она моя мать и она меня любит!
— То, что она так говорит, не значит, что так оно и есть. Ей просто нужно, чтобы ты так думала. Когда станешь бесполезной, разлюбит в тот же день. Такие как твоя мать, только себя любить умеют и никого больше. Однажды до тебя дойдёт, что я сделала для Игоря, для тебя и почему. Хорошие дела иногда делаются через плохие поступки. С Новым годом, Лисичка, мой номер ты знаешь, можешь всегда мне позвонить, я возьму трубку и всегда помогу.
Алиса фыркнула в ответ, а Катя грустно улыбнулась. Из-за её постоянного фырчания Катя и прозвала её лисичкой. Характер же у неё был далёк от хитрой и продуманной бестии — прямая, своенравная, при этом добрая и любящая девушка, слишком ответственная и работящая для своего возраста. Жаль, что мать видела в ней только выгоду для своей личной жизни, как и во всех своих детях. По сравнению с Юлей, собственная безалаберная мать казалась Кате, образцом материнской любви и заботы.
Вадим коротал последние рабочие часы за серьёзным разговором у Игоря, которому недавняя выходка Катерины очень сильно не понравилась.
— С Нового года все наши строящиеся и замороженные объекты ставятся под охрану. Все вопросы безопасности снова переходят под юрисдикцию Филимонова и его филиала «Гард секьюрити».
— Не слишком ли большой перерасход средств? — покачал головой Вадим, прикидывая примерные сметы в своих мыслях.
— Отобьём за счёт заказа от Святослава Филимонова. Он получил в наследство огромные средства, после Нового года он приедет договариваться о строительстве.
— Что он собрался строить?
— Ничего конкретного, просто решил закатать миллионы в бетон и выгравировать на них своё имя, — хмыкнул Игорь. — Курировать его проект будешь лично ты.
Когда за Вадимом закрылась дверь, Игорь устало откинулся в кресле руководителя собственного бизнеса и прикрыл глаза. Он привык принимать сложные решения в условиях высокой конкурентной среды и рисков неопределённости, привык лавировать между интересами партнёров и своей выгодой, но совсем не привык к роли сводника. Как заставить двух идеально подходящих друг другу людей быть вместе? Катя есть Катя, она не может не понравиться, если узнать её получше, но как подтолкнуть к ней Вадима, который пожирает её глазами, но ничего не делает? Теперь ещё и Филимонов, который общается с Катериной слишком на близком расстоянии, но отказать ему в сотрудничестве не позволяет дружба с Быстрицким.
Игорь погладил себя по груди, где неровно билось сердце, срок жизни которого подходил к концу.
— Надо успеть, всё успеть, пока моторчик работает…
— Вадим, мы вроде только приехали с отдыха, а я почему-то так устала, — тихо сказала Катя, лёжа на его спине.
Она как лягушка, распласталась сверху в одних только трусиках, положила голову ему на лопатку и гладила горячими ладошками по его коже. Вадим попросил ее размять ему немного спину и плечи, которые затекли при долгом перелёте, Катю хватило минут на десять работы, а потом она просто легла на него сверху. Он подложил обе руки под голову и наслаждался её поглаживаниями и редкими поцелуями в спину.
Они прожили на Кубе десять дней и девять ночей, за которые Вадим настолько привык проводить с Катей сутки напролёт, что не представлял, как теперь от этого отвыкать. Особенно тяжело было представить, как он уснёт и проснётся без неё рядом, поэтому решил немного оттянуть момент расставания и из аэропорта поехал ночевать к ней, а не к себе.
— Ты каждый день не слезала с доски для сёрфинга, потом с меня, — вздохнул он под ней. — Конечно, ты устала, Бесстыжая.
— Неправда, я через день каталась. На тебе каждый, вот это правда, не спорю — хохотнула Катя у него под ухом.
— Я переворачиваюсь, слезай.
— Ну, ты чего? Мне тут вообще хорошо лежать! — Катя теснее прижалась своими твёрдыми сосками к его загорелой коже.
— Ладно, лежи пока. Только недолго, а то раздавишь меня.
— Раздавишь тебя, как же! Если только три меня положить и то может не хватить, — пробурчала она, ёрзая на его спине.
Вадим тяжело вздохнул, он тоже устал за время новогодних каникул, но это была какая-то приятная усталость, а не такая, какая бывает после тяжелой работы. Наверное, виной всему океан новых впечатлений, которые он получил, отдыхая со своей девушкой.
Они объездили много пляжей, где Катя ловила волну, ещё больше обошли ресторанов, намотали километры по улицам Гаваны. Катя свободно общалась на испанском, прокладывала им маршруты и отмечала достопримечательности, которые хотела бы ему показать. Она-то уже здесь была.
Вадим много узнал о её жизни заядлого путешественника, например, что она почти год прожила в Штатах, проехала от западного побережья до восточного на мотоцикле. Пожила немного в Вегасе, городе Ангелов, совсем недолго в Нью-Йорке, посетила несколько национальных парков и очень хотела бы вернуться обратно.
