Кристина-Вильгельмина фон Гревениц настолько вскружила голову герцогу, что он был готов пойти ради этой женщины на прямое нарушение христианских заветов. К тому же девица вскоре забеременела, ей пришлось тайно вытравить плод, после чего она была вынуждена под предлогом простуды пролежать несколько дней в постели. У герцога сердце разрывалось видеть Христль поникшей и безучастной, без кровинки в лице, и это событие подтолкнуло его принять роковое решение. Он решил упрочить ее положение на уровне законного, с каковой целью решился вступить с ней в морганатический брак и на этом основании затем выпросить для своей любимой женщины у императора Священной Римской империи графский титул.
Не он первый среди монархов-протестантов осмелился на подобное попрание общепринятых норм. Проблема двоеженства совершенно серьезно служила предметом горячих обсуждений как между церковнослужителями, так и в среде солидной университетской профессуры. Известно, что король Дании Фредерик IV (1671–1730) дважды вступал в брак при живой жене, причем ряд священнослужителей считал, что это вполне соответствовало библейской традиции патриархов иметь нескольких жен. В Саксонии три профессора университета в Галле, господа Томазиус, Грундлинг и Лудевиг получили от двора курфюрста Августа задание составить экспертное заключение по этой проблеме, ибо во всех государствах Священной Римской империи германской нации супружеская измена, совместное проживание без венчания и проституция наказывались самым строгим образом, когда речь шла о простонародье. В частности, в Вюртемберге двоеженство было запрещено, а супружеская измена подлежала тяжкому телесному наказанию. Однако тут речь шла конкретно о любовницах курфюрста Августа Сильного, а потому господа профессора, проявив подход в чисто просветительском духе, вынесли следующий вердикт: «Ненависть к сожительницам великих князей и господ должно прекратить, поскольку они не подпадают под частное уголовное право, но один лишь Господь должен судить их поступки, тем более, что на сожительницу переходит нечто от величия ее любовника».
Опираясь на подобные теоретические обоснования и реально имевшие место казусы, герцог Эберхард-Людвиг в 1707 году обвенчался с прекрасной Кристиной в рыцарском имении Нойхаус неподалеку от Бирлингена. Точная дата неизвестна, поскольку первоначально факт бракосочетания держался в тайне. Герцог все-таки понимал, что это даст лишний повод для возмущения населения, твердо приверженного лютеранской вере. Тем не менее, пастора Иоганна-Якоба Пфелера, благословившего этот совершенно незаконный брак, он перевел на более высокооплачиваемую должность в консистории. Поскольку первоначально бракосочетание держалось в глубокой тайне, это ничуть не повлияло на положение Вильгельмины при дворе, ибо на нее по-прежнему смотрели как на кратковременное преходящее увлечение, которое могла вытеснить последующая фаворитка. По-видимому, она продолжала наседать на герцога, требуя объявить о заключенном браке, в противном случае ей придется покинуть негостеприимный Вюртемберг и отправиться в Берлин, где ее сестра Элеонора сумела завоевать положение доверенного лица прусской королевы Софии-Луизы. Эта угроза настолько испугала Эберхарда-Людвига, что он выпустил так называемую «Урахскую декларацию», в которой извещал о своем состоявшемся венчании, правда, приврав, что церемония имела место годом ранее. По-видимому, он рассчитывал, что ни у кого не поднимется рука оспаривать правомерность брака, уже просуществовавшего некоторое время. В замке Урах он представил Вильгельмину двору и министрам как свою законную супругу. Помимо этого он выпустил 19 ноября 1707 года указ, что жалует ей наследственный титул графини фон Урах, пожизненное содержание 10 000 гульденов в год, право проживать в замке Урах и подтвердил законность ее владения всеми подаренными им драгоценностями и мебелью. В декабре 1707 года венский двор выписал грамоту на пожалование Кристине-Вильгельмине и ее брату графского титула.
