Клара разбудила меня незадолго перед наступлением темноты. Девушка, искренне волнуясь из-за моего измотанного и нервного состояния, хотела быть уверенной хотя бы в том, что я успею поесть перед оборотом в лерирею. Уговаривать меня не пришлось. Стоило ароматам жаркого достигнуть моего носа, желудок тут же совершил кульбит и забурчал. А я, как дикарка набросилась на пищу. Клара наблюдала за мной, слегка склонив головку набок и опять к чему-то подозрительно прислушиваясь.
— Токо не гофоли, фто у наш шнофа гошти, — пробурчала я с набитым ртом.
— Куда ж теперь без них-то, — прекрасно меня поняв, по-доброму усмехнулась девушка. — Вы же на выданье… Я бы на вашем месте сегодня на улицу не выходила. Обидеть-то не обидят, но между собой подерутся, это точно.
— Хорошо, — тут же, довольно опрометчиво, согласилась я.
До чего же непривычно было ощущать этот по-матерински заботливый взгляд по сути ещё юной девушки. Но я знала, что Клара отдала всю неизрасходованную любовь и заботу Катрионе. Ей не дано было обрести семью и детей, и потому девушка дарила своей госпоже все чувства. Вот и сейчас, вместо того чтобы заниматься приготовлениями к последней ночи полнолуния, она осталась в комнате до тех пор, пока я не подобрала последнюю крошку. Затем девушка убедилась, что дверь на балкон заперта и только после этого удалилась.
И вот теперь, оставшись наедине с собой я наконец-то занервничала. Момент смены ипостаси был чем-то сродни не то чтобы свиданию, но встрече пока ещё не с другом, скорее, деловым партнёром, коим для меня являлась собственная лерирея. Ну и да, что уж тут юлить? Очень хотелось ощутить себя в пушистом тельце: пробежаться на четырёх лапках, полюбоваться на умильную мордочку, на шикарный хвостик. А учитывая то, что мышцы уже перестали болеть, так и полетать.
Полетать? Я бросила взгляд на довольно высокий и в тоже время существенно ограничивающий возможность полёта потолок, потом на ведущую к балкону дверь.
Нет. Нельзя. Клара права, рановато мне встречаться с женихами. Отпор дать не смогу, улететь тоже. А дверца так и манит, замочек буквально шепчет: «открой меня…» И чем ближе становилась минута «икс», тем сильнее я изнываю от нетерпения. Да ещё и тоска навалилась от того, что лишаюсь полёта. В итоге, не выдержала, и с мыслью — «я всего лишь немного полетаю, никто даже метку поставить не успеет», — повернула ручку замка, успев слегка дёрнуть дверь на себя.
И тут же мир изменился. Многократно усилились звуки, запахи. Мгла за окном, казавшаяся мгновение назад непроглядной, развеялась как туман, линии стали чётче, цвета обрели сочность и яркость. Внутри всё возликовало от избытка столь острых ощущений. Хотелось прыгать, вертеться, повизгивать от счастья. Не удержавшись, крутанулась разок, в поле зрения попал хвостик и таааак захотелось его поймать, что на фоне этого желания померкли все прочие мысли.
И ведь догнала! Очутившись к тому моменту возле зеркала, да так и замерла, будучи не в силах оторвать взгляда от отражающейся там красавицы. Во время игры шубка взъерошилась, встав дыбом пуще прежнего, влажно поблёскивающий чёрный носик трогательно трепещет, глазки блестят озорством и восторгом. А хвостик-то… Хвостик, прямо-таки ах! Словами не передать.
— Какая же ты смешная, — нарушил идиллию голос в моей голове.
«Блииин…» — мысленно простонала я, отвешивая самой себе подзатыльник. Повелась на эмоции и напрочь позабыла о существовании второй ипостаси.
— Привет, — смущённо подумала я, стыдливо нет-нет да косясь на собственное отражение в зеркале.
— И тебе не хворать, — отозвалась лериреюшка. — Чем займёмся?
— А какие варианты, помимо коллекционирования меток?
— Ооо, выбор неимоверно богат… — с подозрительно предвкушающими нотками отозвалась лерирея.
Её азарт мгновенно передался мне, и в тоже время несколько насторожил. Не настолько хорошо я знаю свою вторую ипостась, вернее, её характер, привычки, чтобы безоглядно довериться ей. Воспоминания Катрионы конечно же имелись, но она и сама была не так уж похожа на меня в плане своих взглядов на поведение лериреи. Для местных это была словно иная жизнь, со своими обычаями, нормами морали, а для меня… Я примеряю на неё свои понятия и принципы. Понимаю, что это не совсем правильно, но…
И вот надо ж было бросить взгляд в зеркало? И все мысли тут же отошли на второй план. Повертела головкой, переступила лапками, вильнула хвостиком. Вииии! Какая же я всё-таки лапонька!
— А полетели, покатаемся на флюгерке? — отвлёк меня от созерцания наипрекраснейшего из существ голос лериреюшки.
— На чём? — переспросила я, поняв лишь, что предстоит куда-то лететь и на чём-то кататься. Даже память предшественницы ничего не подсказала, как назло.
— На флюгере, — пояснила та, тут же добавив: — Сегодня ветрено. Это будет весело. Полетели, а?
