Я промолчала в ответ на столь неожиданный комплимент. Сдается, Инвар вложил в него какой – то иной смысл.
– Теперь мне осталось придумать, что делать с этим непосредственным и милым чудом, – продолжил Инвар. – Но у меня еще есть время. И знаешь, что? Ужина я тебе, конечно, не обещаю. Но вот обедом точно накормлю. Идет?
Я робко кивнула. Еще раз обвела комнату печальным взором и грустно вздохнула.
Н-да, поневоле убедишься, что не стоит лезть в придворные интриги. Прав был отец, не столь уж хороша была моя идея воспользоваться дворцовой библиотекой.
Ну ничего. Я справлюсь. Обязательно справлюсь! Иначе и быть не может.
В огромном и гулком обеденном зале царило необычное оживление. Конкурсантки, которым повезло пройти почти до самого конца отбора, делились впечатлениями. То и дело за столом раздавался смех какой – нибудь из девушек.
И я вполне понимала причины этого веселья.
Никто из присутствующих тут не в курсе, какие мрачные дела творятся во дворце. Они не знают про два убийства. И уж тем более не догадываются, насколько близко видели императора. Инвар оставался для них лишь одним из придворных, обязанными следить за порядком при проведении испытаний. И судя по ехидным взглядом, которые я то и дело исподволь на себе ловила, мои соперницы были уверены в том, что у меня с этим придворным чуть ли не любовная связь. Что, в свою очередь, выводит меня из числа конкурсанток.
Любовная связь…
Я задумчиво ковырялась вилкой в великолепнейшем жарком, которое так и таяло во рту.
Интересно, в самом деле, а что меня связывает с Инваром? Значит ли для него поцелуй хоть что – то? Или это было попыткой успокоить и утешить меня? И почему он остро отреагировал, когда я сказала, что планирую покинуть дворец до окончания отбора?
«А ты не рассматривала самый очевидный вариант? – насмешливо шепнул внутренний голос. – Вдруг ты ему нравишься?»
Я смущенно заерзала на тяжелом дубовом стуле, да так, что он заходил подо мной ходуном.
Что скрывать очевидное, такая мысль приходила мне в голову. Еще тогда в коридоре, когда наш так и не состоявшийся поцелуй прервал Маверик. Но каждый раз я с достойным восхищения упорством гнала ее прочь. А сейчас она меня просто пугала.
Предположим, я действительно нравлюсь Инвару. Нравлюсь настолько, что он готов назвать меня победительницей конкурса.
И что будет дальше?
Такие рассуждения окончательно отбили у меня аппетит, и я с немалым сожалением отодвинула тарелку подальше.
Я просто не могла представить, как воспримут мои родители весть о моем выигрыше. Точнее, как раз могла, но мне очень не нравилась картина, нарисованная моим воображением.
И дело даже не в том, насколько сильно разозлится отец. Дело в сомнительной популярности, которую обретет наша семья. Каждый встречный и поперечный непременно станет тыкать пальцем в наш дом – развалюху и гадать, какими же такими достоинствами я прельстила императора.
Да, не стоит быть провидецей, чтобы понять: волна грязных сплетен и слухов поднимется такая, что не видать мне спокойной жизни долгие и долгие годы.
«Но почему ты так уверена, что твоим призом будет только ужин с императором? – опять прошептал внутренний голос. – Все – таки цель отбора – найти правителю невесту. Кстати, и сам Инвар говорил об этом же».
Я нахмурилась было, но тут же отрицательно мотнула головой.
Да ну, чушь какая! Императоры не женятся по любви. Я сама не так давно объясняла отцу, что правитель нашего Олеора куда скорее предпочтет династический брак. Зачем ему какая – то непонятная простолюдинка? И вообще, отбор проводится уже десять лет. Нет никаких оснований считать, что этот год будет как – то отличаться от остальных.
«Этот конкурс уже отличается от предыдущих, – не согласился со мной внутренний голос. – Прежде, по крайней мере, на отборах убийств не случалось».
Больше книг на сайте – Knigolub.net
Между тем слуги произвели замену блюд, и передо мной поставили восхитительный десерт. Шоколадное пирожное выглядело настоящим произведением искусства. Оно утопало в облаке взбитых свежих сливок, а венчало все это великолепие несколько крупных ягод клубники.
Я кисло скривилась, уставившись грустным взглядом на шедевр кулинарного мастерства неведомого повара.
Трудно придумать издевательство более изощренное. С детства у меня была тяжелейшая аллергия на шоколад. Малейшая попытка попробовать эту любимую сладость всех детей заканчивалась ярко – алыми щеками, багровой сыпью и долгой чесоткой. Но все равно раз за разом я не могла удержаться от искушения. Родители даже не ругали меня за это, потому что наказание следовало незамедлительное без всякого участия с их стороны.
Н-да, если я сейчас в очередной раз не устою перед сладостью, то вопрос участия в конкурсе завершится сам собою. Потому как я предстану перед Инваром опухшая и прыщавая. Он, вне всякого сомнения, ужаснется и отправит меня восвояси, мгновенно забыв о зарождающейся было симпатии между нами.
– Ты не будешь? – неожиданно спросила меня соседка.
Я удивленно посмотрела на нее.
