Я посмотрела на него настороженно. Кажется, игра закончена, дальше пошла борьба. Нет, не случайно мы здесь оказались. Что же он приготовил?
— Входите, мисс Кевери, не бойтесь, — пропустил он меня немного вперед. — Они готовят к открытию церковь, которая уже много лет стояла заколоченной. Я подумал, что это самое подходящее место для следующего сеанса миссис Мэдкрофт.
Сидевших за обеденным столом можно было принять за призраков давно умерших людей. Казалось, никто не дышал, ресницы оставались неподвижными на их бледных лицах, никто не шевелил рукой, чтобы положить вилку или поставить стакан. Так общество под крышей Эбби Хаус встретило сообщение мистера Ллевелина о том, что он открыл церковь и предлагает очередной спиритический сеанс провести в ней.
Из всех сидящих здесь только я несколько часов назад узнала о намерении мистера Ллевелина.
Твердая убежденность в том, что он специально дал мне эту приманку, удерживала меня от того, чтобы рассказать о его намерениях миссис Мэдкрофт. Кроме того, не хотелось преждевременно расстраивать ее. А сейчас я уже жалела, что оставила ее в неведении.
Но, кажется, состояние оцепенения за столом стало проходить. Тишину нарушила Урсула.
— Открыть церковь? — передернув плечами, произнесла она. — Ты это серьезно, Эдмонд?
— Знаешь, Эдмонд, это неудачная шутка, — добавил доктор Родес хриплым голосом и поспешно взял стакан с водой.
Винни со звоном положил вилку на тарелку.
— У тебя абсолютно дурной вкус, старик, — осуждающе произнес он. — Вкус, который расстраивает дам.
Мистер Ллевелин с самодовольной улыбкой намазал двумя легкими движениями ножа масло на булочку.
— Заверяю вас, мое предложение вполне серьезное, — произнес он таким тоном, словно речь шла всего лишь о перемене блюд на столе.
Урсула выпрямилась на стуле и утраченное самообладание вновь вернулось к ней.
— Самая настоящая чепуха, — высказала она свое отношение. — Церковь закрыта уже лет десять. Ты что думаешь, что мы горим желанием сидеть в пыли и паутине?
— Не говоря уже о плесени и затхлом воздухе, — добавила Эглантина. — Подумай, какой вред принесет это нашим легким.
— Я уже подумал об этом и послал четырех мастеровых из деревни поработать вам на пользу, — спокойно ответил мистер Ллевелин. — Думаю, миссис Мэдкрофт, у вас нет жалоб?
Он повернулся в сторону миссис Мэдкрофт и пристально смотрел на нее. Видавшую всякое в своей необычной работе миссис Мэдкрофт было не узнать. Куда делись ее обычная уравновешенность, невозмутимость с оттенком скептицизма? Она выглядела сейчас сильно растерянной и даже немного жалкой. Ход с церковью, сделанный хозяином имения, оказался для нее настолько неожиданным, что она все никак не могла придти в себя.
— Ну, я…. — растерянно издала миссис Мэдкрофт отдельные звуки и с надеждой посмотрела на мистера Квомби.
Тот пожал плечами.
Не найдя поддержки со стороны своего друга, миссис Мэдкрофт с надеждой посмотрела на других гостей. Все остальные тоже молчали.
— Я думаю, что подойдет, если все согласны, — высказала свое мнение миссис Мэдкрофт.
— Тогда дело решено, — твердо сказал мистер Ллевелин.
Он оглядел гостей и стал предлагать отведать стоявшие на столе блюда и напитки. Теперь его голос и манеры являли собой олицетворение радушного хозяина.
— А тот, кто захочет продолжить увеселения и предпочтет их спиритическому сеансу, вне всякого сомнения, будет прощен, — с улыбкой произнес хозяин. — С остальными же мы встретимся в церкви в полночь. Это, на мой взгляд, более подходящее время, чем предложенные миссис Мэдкрофт одиннадцать часов. Думаю, вы согласны со мной?
Салли Причард издала легкий стон, и ее никогда не омраченные ни единой мыслью глаза вдруг омрачились грустной мыслью.
Доктор Родес посмотрел на Салли так, как посмотрел бы на участницу петушиного боя. Слегка растерянный взгляд доктора говорил о том, что сам он встретил предложение мистера Ллевелина без особого восторга.
— Я думаю, что окончательное решение остается за Фанни, — с надеждой произнес доктор Родес.
Фанни, не сказавшая ни слова с того самого момента, как брат сообщил о своем решении, оказалась в центре всеобщего внимания.
— Конечно, у меня нет никаких возражений, — заявила она, и легкий румянец заиграл на ее щеках. — Почему, собственно, я должна возражать?
Если сказанное сидящими за столом было и не совсем то, что хотелось бы услышать мистеру Ллевелину, все же на его лице не появилось никаких признаков разочарования. Каждого гостя он одарил своей улыбкой. На меня взглянул мельком и таким взглядом, словно меня за столом и не было. Все свое внимание он сосредоточил на последнем лежавшем на тарелке куске говядины. Он стал разжевывать его с тщательностью, которая могла бы свести с ума. Наконец, все-таки покончив с куском мяса, он удовлетворенно вздохнул.
— Он что-то задумал, запомните мои слова! — почти выкрикнула миссис Мэдкрофт.