— Да к черту твою кнопку. Я сейчас там всех разбужу, — в голове была пустота, в руках прилив сил. Замах, точный удар прямо в цель. Два стекла выдали предсмертный крик и полетели на бетон, играя тревожную мелодию.
— Макс, ты полный идиот, — Даша оставила все попытки найти телефон.
— Что будем делать? Может, свалим отсюда, — сказав это, Ян посмотрел в сторону ворот.
— Я только за. Пора домой.
— Какой домой? Ян, посмотри на его руку, — Даша поднесла ладонь к лицу, будто увидела что-то противное.
— Да-а-а-а, мужик, ты скорее сам себя убьешь, чем это сделает кто-то другой.
Я опустил взгляд вниз и увидел небольшую лужу крови. Капля, за ней еще и еще. Вся кисть была в крови.
— Ох… Ну, есть и приятная новость, — я указал на включившийся свет в коридоре. Затем увидел охранника, людей в халатах. Их лица были сонными и испуганными, словно кто-то пришел их ограбить.
Несколько минут Даша объясняла им всю ситуацию, а мы с Яном отправились с медсестрой на перевязку. По пути медсестра рассказала нам, где находится скорая помощь, да о том, какой я невоспитанный человек, нарушающий режим сна больных. Она поработала над рукой, выдала несколько жалоб на начальство, два раза приятно улыбнулась, посмотрев мне в глаза, и отпустила на свободу, закрыв за нами дверь кабинета. По пути к выходу я думал о ее длинных темных волосах и тонких губах, за которыми спрятаны ровные зубы — идеальные актеры для улыбок и смеха.
Оперативная группа уже стояла на разбитых стеклах. Два человека в бронежилетах, в касках и с автоматами за плечом спокойно слушали разговор Даши с охранником. Людей стало еще больше, некоторые также были в белых халатах, другие в пижамах ожидали продолжения шоу. Мы с Яном и одним полицейским вышли на крыльцо, второй остался с Дашей и зрителями.
— Кто из вас разбил стекла? — голос его был уверенный и спокойный.
— Мой грех, — ответил я, поднимая правую руку.
— И зачем ты это сделал? — все так же спокойно говорил он. Руки он разместил на автомате, как на школьной парте во время урока. Широко расставив ноги, демонстрируя нам конструкцию Эйфелевой башни, он то и дело бегал взглядом от меня к Яну.
— Мне никто дверь не открывал.
— И поэтому надо бить окна?
— Приходится.
— Зачем? — Он начинал меня раздражать.
— Чтобы дверь открыли. Видишь? — я указал на встревоженных людей.
— Ну а зачем стекло разбивать? — он не слышал меня, на автомате повторяя одну фразу.
— А зачем ты носишь каску? — мой вопрос заставил его выйти из равновесия.
— В смысле? — в голосе появлялись чувства.
— Убери ты эту кастрюлю с головы.
— Молодой человек, разговаривайте… нормально.
— Как только ты уберешь тарелку с головы.
— Ты зачем разбил стекло? — ставки повышались, голос заряжался энергией.
— А ты зачем надел это ведро? Ответь же уже.
— Он под наркотиками? — пренебрежительно спросил он у Яна.
— Нет. Только алкоголь, — ответил дружище. — Его просто хорошо ударили, может, это…
— Ты когда стал экспертом в боевых искусствах? — Ян махнул на меня рукой, достал сигарету и отошел.
— Так что произошло? — он сделал шаг вперед.
— Сам не видишь? Разбили стекла, — я указал на осколки на полу. Достал сигарету и закурил.
— Ты самый умный? Мы тебя сейчас на пятнадцать суток посадим, вот там и будешь язвить.
— Мне нельзя, — спокойно ответил я.
— С чего бы это? — удивился он.
— Мне на работу послезавтра.
— Так, слушай сюда, пьяный урод, ты сейчас поедешь в отделение и уж там мы с тобой пообщаемся. Я люблю таких, как ты.
— Пьяных и беззащитных?
— Ну все!
Он схватил меня за толстовку и потянул к машине. Ян пытался что-то говорить, но это не помогло. У полицейского были крепкие руки. Я доверился ему и расслабился, но как только ноги перестали передвигаться, он прописал мне лоу кик в правую ногу. Несмотря на огромное количество алкоголя, первые секунды боль была жуткая, пламя сжигало правую икру. Дверь открылась — тело упало.
Вечеринка продолжалась без меня. Я никак не мог с этим смириться, попытки открыть дверь увенчались поражением. По рации велись деловые разговоры с постоянным шипением: «Двенадцатая группа, вы где? Шшшшшш… Сработала тревожная кнопка по адресу… шшшшш… Позвонили с кафе на… шшшшш… Девятая группа выезжает… шшшш…» Этот звук напоминал тупой напильник, сдирающий кору мозга. Так продолжаться не могло. Я усердно начал ломать дверную ручку, алкоголь подавлял все логические действия, поэтому дальше было окно. Несколько ударов заставили приятеля в каске открыть дверь.
— Ты меня достал! — Деревянные крепкие руки вцепились в толстовку, я услышал хруст ткани в области подмышек.
— Аккуратней, приятель. — Не успел я встать на ноги, как он ударил меня головой о багажник.
— Знаешь, сколько у меня таких умников было? — Правая сторона лица прилипла к холодному металлу.
— Эй, приятель, я же не виноват, что ты оказался самым тупым в группе.
