— Лида?! — рявкнула она, покраснев от злости. — Ты что, надумала и вторую мою дочку отобрать? Топай отсюда, пока я тебе все волосы не повыдергивала! Стерва! Лида хоть и больная, а все равно моя, слышишь? Я тебе ее не отдам!
— Вообще-то ты отказалась от Ани по собственной инициативе, никто ее у тебя не отбирал, — не удержалась Милана, хотя и понимала, что Ирка несет бред, потому что у нее психическое заболевание. Возможно, через час она и не вспомнит об этом разговоре. Не нужно было ввязываться в спор, но было уже поздно.
— Ты пришла читать мне мораль? — ее прямо затрясло. — Так мне этого не нужно! Моя жизнь меня вполне устраивает! Муж занимается ребенком, я почти все время одна в собственной квартире, предоставленная самой себе, что хочу, то и творю, понятно! Не живу никакими условностями, ни в чем себя не ограничиваю. Видишь, какой у меня шикарный любовник: молодой, горячий, а в постели просто ух! — Ее сфокусированный на Милане взгляд делался все более диким, напряженным, неестественным. — Меня все устраивает, и я не «мелю ерунду». Я понимаю, что говорю и больной себя не считаю. А ты просто завидуешь и неспособна понять. Читай мораль себе, идиотка!
Расхохотавшись ей в лицо, Ирка наконец-то закрыла дверь. Несколько секунд Милана смотрела перед собой, не в силах пошевелиться, слишком изумленная, чтобы развернуться и уйти. Она смотрела на дверь, а видела перед собой Ирку — счастливую, цветущую, беззаботную, обнимающую маленькую Аню и целующую Колю в щеку. Этот образ так крепко укрепился в ее памяти, что Милана отказывалась верить, что хозяйка квартиры, выгоняющая ее минуту назад, и есть та милая и сияющая Ирка из прошлого. Вот эта особа — с яркой мимикой и нездоровым блеском в глазах — и есть ее сестра? Скалит зубы, гримасничает, говорит громко и очень быстро… Не могла поверить, просто в голове не укладывалась. Как бы Милана к ней ни относилась, все же не желала видеть ее такой… неадекватной.
Очнувшись, она нажала на кнопку вызова лифта и сворки открылись мгновенно. Войдя в кабину, почти машинально нажала на цифру нужного этажа. Натужно гудя, лифт поехал вниз, с каждой секундой отдаляя ее все дальше от этого сумасшедшего дома. После того, как Юлия Максимовна рассказала про болезнь, Милана прочитала кучу статей по психиатрии, чтобы глубже понять, как она протекает. И сейчас убедилась воочию, что женщина не соврала. Если Ирка и дальше будет отказываться от лечения, то последствия могут быть плачевными. Мало того, что несет полный бред, так вообще не понимает, что творит. А если бы Боря приехал и застал ее с этим наглым полуголым любовником? Хм, а может, и к лучшему, если бы застукал их. Ясно же, как белый день, что счастья между ними уже не будет…
Звонок мобильного прервал ее размышления. Она уже вышла из подъезда и направилась в сторону парковки, набросив на голову капюшон. На экране высветился номер Бориса. Сняв рукавицу, она ответила.
— Привет, ты звонила? Что-то случилось?
— Привет, нет, просто приехала в город, хотела зайти, а ты не отвечаешь…
— Я сорвался на подработку, случайно подвернулась, деньги хорошие, и по срокам успеваю.
— А, это хорошо. А Лида где?
— Дочка с Юлией Максимовной, — успокоил он. Если бы кто-нибудь раньше сказал ей, что она будет счастлива услышать, что ребенок под присмотром этой женщины, Милана никогда бы не поверила.
— Понятно, — сделала небольшую паузу, не решаясь признаться в том, что недавно увидела. Пальцы начинали мерзнуть, и она торопливо добавила: — Ну, счастливого вам пути! Теперь я спокойна и могу вернуться домой.
Все-таки не стала рассказывать о встрече с Иркой, да и, собственно, не ее это дело. Скорее всего, Борис и так прекрасно знает, с кем живет и явно в курсе ее диагноза, а значит, понимает, на что способна его жена. Огорчать его перед важной поездкой не хотелось. Сейчас он единственный, кто может позаботиться о маленькой Лидочке, многое зависит от его морального состояния.
— Спасибо. Надеюсь, совсем скоро мы перестанем быть для тебя обузой, — послышался взволнованный голос. — Юлия Максимовна связалась с каким-то православным благотворительным фондом, они показали Лидочку по телевизору и организовали сбор финансовой помощи. Она говорит, что начали откликаться первые неравнодушные люди, возможно, получится накопить нужную сумму, и мы наконец-то от тебя отстанем.
— Ну что ты говоришь — «обуза», «отстанем»! Как будто вы меня силой заставляете помогать. Я делаю это от чистого сердца. Даже если и соберете столько, сколько нужно, деньги лишними не бывают. Так что это я от вас не отстану!
— Я не знаю, как тебя благодарить…
— Не нужно меня благодарить. Просто делай то, что должен. Ты очень нужен своей дочери.
