– У тебя есть пара минут? Может, прогуляемся до берега?
На мгновение воцарилась гробовая тишина, Шашкин вроде даже перестал дышать. Но вскоре он ожил.
– С тобой, детка, хоть на этот берег, хоть на тот! – совершенно по-гусарски хохотнул он, а затем, покосившись отчего-то на дверь администрации и понизив голос, спросил: – А Владец мне лицо потом не начистит? Лицо жалко. Хотя…
И он задумчиво потёр подбородок. Я, не желая вникать в не особенно сложносочинённые фантазии Шашкина, а ведомая лишь целью получить от него нужную информацию, просто отрицательно помотала головой. Затем я поманила его за собой и пошла по направлению к калитке, ведущей на пляж, на ходу сочиняя сценарий разговора.
Так. Раз Серёжа почему-то решил, что у нас с Владом назревают весьма тёплые отношения, значит, эту карту мы и разыграем. Прикинусь безмерно переживающей барышней.
– Я хотела тебя спросить, Сергей, – почти торжественно завела я, – как вы все справляетесь с таким горем в вашем тесном коллективе? Все, понимаешь? Каждый. И ты, и Лиля, и… Влад.
Произнеся последнее имя, я проникновенно посмотрела в глаза Шашкина. Видимо, свои актёрские способности я несколько недооценила, потому что парень слегка покраснел.
– А чё мы-то? Мы справляемся, – затараторил смущённо Шашкин. – Не, ну Артемон так-то клёвый был. Жалко. Склочный малёк и назойливый иногда, как муха. Но всё равно. Свой же. А мы справляемся. Вот, похороны от клуба сделаем, поминки, венки-ленточки. Всё как полагается.
– Понятно, – кивала я, пропуская мимо ушей по большей части не нужную мне информацию. – Значит, ты говоришь, Артём всё же не был таким идеальным, каким он мне показался? Бедный, бедный мальчик.
Шашкин подбоченился.
– Да уж, конечно, бедный. Иногда его послушать, так просто подпольный миллионер, не иначе. И идеальный, ага. Знаешь, как донимает иногда своими презрительными комментами, и особенно моралями всякими. Нет бы собой занимался, а он всё к другим лезет. Как бабка у подъезда, честное слово.
Затем он замолчал, как будто испугавшись, после чего посмотрел на меня и сказал:
– То есть, я хотел сказать, так… было.
– Он так Влада донимал? – уцепилась я за обронённую парнем фразу, и, поспешно прикинувшись полудурой, удивлённо захлопала глазами.
Шашкин осёкся, почесал ногтями плечо и принялся задумчиво ковырять песок большим пальцем босой ноги. Мы с ним дошли до пляжа.
– Нет вроде, не помню. Чё я врать-то буду? При мне вроде не было. Владец же у нас не особо того, приключения не афиширует. Скорее, это он сам Артемона подкалывал всегда.
– Да? А про что подкалывал? – выпалила я, нащупав любопытную тему, но, осознав, что отклонилась от придуманной мной самой же линии поведения, с видимой грустью добавила: – Значит, Влад тоже не очень-то идеальный.
– Нормально всё, Люб, – похлопал меня по плечу Шашкин. – Владец – путёвый чел, детей и женщин не обидит.
– Да? – продолжала я гнуть из себя классическую блондинку, взмахивая ресницами, однако же неустанно приближая разговор к нужному руслу. – Так ведь ты же сказал, что он Артёма обижал. Сам сказал!
– Ой, да расслабься ты, детка! – снова принял покровительственный тон Сергей. – Говорю же, нормальный Владец. Ну подумаешь, подшпилил по делу пару раз приятеля. Нечего было тому выделываться, у нас так не любят.
– У нас? – спросила я, накручивая локон на палец.
– У мужчин, детка, у мужчин, – хохотнул Шашкин. – Это вы, девочки, можете часами хвастаться, у вас это разговорчиками называется. А у нас не приветствуется. У нас – только дела в почёте.
– Похвально, – восхитилась я вполне искренне и стала ждать, пока словоохотливый Серёжа выдаст недоговорённый текст.
Тот ещё подумал и, как я и предполагала, выпалил:
– А ещё Владец Артемона иногда тихонько кормухой обзывал, я слышал. А тот в ответ психовал. Но это называется забота.
– Что это? Ничего не поняла, – совершенно честно и перестав наконец актёрствовать, сказала я.
– А то, – выпятив грудь совершенно так же, как это делает обычно Севка, сказал Шашкин. – Мы-то с Владом оба «натурашечки». В смысле, никакую химозу не едим, делаем тело чисто на спорте и натуральном усиленном питании. Цени!
– Ценю. И? – всё ещё не понимала я.
– А вот Артемон, похоже, баловался «кормом»[6], хоть и не сознавался. Я тут услышал их перепалку за стенкой. Владец уговаривал Артемона бросить, вредно ведь это. Да и среди нормальных спортсменов, считай, что стыдно. В общем, как с младшим братом он с ним. Вот так. А ты говоришь, неидеальный.
– Да, – протянула я. – Действительно любопытно. И что, прямо-таки никто не знал?
– Владец, как я понял, об этом сам как-то случайно узнал. Увидел или вроде того. Но тоже вообще никому не говорил. Да и сейчас, после всего, никому не рассказал. Даже мне.
