Отчего-то мне стало слегка не по себе. Пляж, песок, «симпатичный женатик» и его благоверная рядом – вроде бы всё мирно. Странно, возможно, это мои расшатанные последними событиями нервы решили слегка пошалить. Или просто лицезрение тех самых злосчастных зарослей озёрной травы, где я нашла Артёма, пока не может проходить для меня безболезненно.
До моего носа донёсся тонкий запах дыма. Очевидно, деревенские жители топили баню. Какая-то мысль возникла яркой вспышкой в моём переполненном сегодня информацией мозге.
– Женечка! – громогласно заорала проснувшаяся и приподнявшаяся на лежаке женщина. – Мы с тобой на ужин ещё не опоздали?
Мысль испарилась из моей головы, словно голос супруги Евгения вышиб её оттуда своей мощной ударной волной. Выбравшись из озера, я напоследок задержалась возле него, присела на корточки, зачерпнула ладонью большую горсть подсохшего песка и бросила его в воду. Песок, как и тогда, у Севки, широко рассыпался по поверхности и легонько зашипел, будто бы озеро нашёптывало мне вслед одному ему понятное напутствие.
– Я встретила Шашкина, – подмигнув, принялась радостно рассказывать мне Наташа за ужином. – И договорилась с ним о вечернем мероприятии.
– Чего? – не поняла я, судорожно проглотив только что засунутый в рот кусок овощной лазаньи. – Какое ещё мероприятие?
Влад сегодня должен был серьёзно и обстоятельно поговорить с Шашкиным, а это он мог сделать, как мне представлялось, только вечером, когда благополучно уложит спать всю бесконечно орущую и стихийно перемещающуюся по территории турбазы команду наших детей.
– Как это чего? – надула губы Наташа. – А кто мне велел организовать чай с настолками? Не ты разве? Траур отменяется, жизнь идёт.
– А, точно, – слегка задумавшись, приуныла я.
Действительно, вроде накануне я бросила Наташе какую-то фразу про настольные игры, и сей эпизод отчётливо всплыл в моей памяти. Очевидно, с получением важных сведений от Шашкина мне придётся подождать чуть дольше, чем я рассчитывала.
Я с любопытством посмотрела на соседний столик. За ним царили мир, тишина и благостность. Дамы, очевидно, за день всласть наболтавшиеся с Наташей, теперь чинно поглощали свой ужин, почти не переговариваясь. Принятый назад в их компанию Леонид ел с заметным аппетитом, если не сказать, жадностью. Возможно, он из-за своих озёрно-ручейных исследований безнадёжно опоздал к обеду и теперь навёрстывает упущенные возможности.
Мой взгляд легко скользнул по нему и остановился на Светлане Аркадьевне. Строгая, подтянутая, с аккуратной причёской, одетая в хлопчатобумажную блузу глубокого лавандового цвета, она мягкой улыбкой ответила на мой взгляд и потянулась за перечницей. Леонид мгновенно бросил приборы и поспешил помочь матери.
Я отвернулась. Мысль о возможной причастности пожилой дамы к убийству не оставляла меня.
Вечер с настолками прошёл вполне ровно. Влад снова побаловал нас шикарным чаем и больше не благоухал парфюмерным салоном за километр, благоразумно смыв с себя, очевидно, сей неудачный эксперимент. Он выглядел спокойным, нетерпения и суетливости не проявлял. Его настроение передалось и мне, и я перестала ёрзать на скамье, нервно поглядывая на Шашкина. Тот добыл где-то игру в ассоциации, и я, чтобы не терять времени даром, принялась усиленно анализировать всё, что он говорил. Ведь из числа основных подозреваемых Сергей мною пока был отнюдь не исключён.
Впрочем, ассоциативные цепочки Шашкина оказались настолько простыми и банальными, что у меня от них порой почти сводило скулы. Любопытства, пожалуй, заслуживал лишь один эпизод, произошедший почти в самом конце вечера. Сергей тогда к карточке с надписью «Китай» и соответствующим изображением наиболее логичным из имеющегося у него на руках посчитал вариант «отец». Влад тотчас грустно усмехнулся, а мы с Наташей, ничего не поняв, при этом, не сговариваясь, решили не прерывать игру подробными расспросами. Наташа – очевидно, из опасений снова нарваться на активное внимание неугомонного Шашкина, который вечно путался под ногами на пути к её романтической мечте в симпатичных татуировках. Я же – из соображений экономии времени. В конце концов, размышляла я, мне ничего не стоит аккуратно поинтересоваться любопытным вопросом родословной Шашкина позже. Если вспомню.
Чуть слышный стук в моё окно раздался уже сильно за полночь. Наша интеллигентная вечеринка с настольными играми давно кончилась, и я мирно лежала в своей постели, намазанная кремами из многочисленных привезённых с собой на турбазу тюбиков и баночек.
В эту ночь мне не спалось. В противном случае никакого стука я гарантированно бы не услышала: сплю я всегда очень крепко.
Неуверенно сползая с кровати, я на всякий случай прихватила с собой простыню. Если придётся открывать кому-то дверь, не хотелось бы предстать перед ночным визитёром в одном нижнем белье.
Я подошла к окну и слегка отодвинула тонкую занавеску. Там был Влад. Он жестом показал, чтобы я открыла окно настежь.
