Передача была в целом вполне позитивной и даже вдохновляющей, если не считать пары душещипательных эпизодов. Один был в изложении тех самых бывших малышей в синих костюмчиках, которые на этот раз, представ перед студией уже взрослыми плечистыми парнями в джинсах и пиджаках, отвечали на вопросы вполне самостоятельно. Они поведали студии, как их не в меру доброжелательные соседи, вопреки намерениям приёмных родителей оставить их усыновление в тайне, сообщили им в подробностях всё, что знали, а о чём не знали – додумали. Побудила их к этому, судя по всему, природная тяга к сплетням, подогретая к тому же регулярными хулиганскими выходками подрастающих мальчишек. Этот эпизод обсуждался студией достаточно подробно, и, очевидно, именно он поверг в тяжкие раздумья моего впечатлительного ребёнка.
Второй неоднозначный, на мой взгляд, момент был отчего-то воспринят почти всей студией с юмором. А вот мной – с долей грусти и даже невнятными угрызениями совести за моё счастливое детство. Одна девушка со смехом и бравадой рассказывала, как, будучи в детском доме, они с соседками по комнате перед сном наперебой рассказывали друг другу фантастические истории о том, что родители у них то ли шпионы, заброшенные по заданию в дальние страны, то ли наследные принцы и принцессы из враждующих между собой королевств. А одна кареглазая девочка даже упорно утверждала, что приходится внебрачной дочерью действующего президента Бразилии. В доказательство всех этих россказней девчонки предъявляли разные копеечные безделушки, достававшиеся им иногда в составе подарков от благотворителей или гостинцев от их редко навещавших учреждение родственников.
Просмотр передачи я прервала на последовавшем вслед за этим рассказом гостьи пространном комментарии психолога, утверждавшего, что такой тип поведения вполне обычен, дескать, дети замещают подобными фантазиями отсутствие реальных позитивных событий в жизни.
Интересно, подумала я, неужели, когда эти дети вырастают и вступают во взрослую жизнь вне детского дома, они продолжают сочинять такие же байки? Тот же Артём, к примеру, пытался в подслушанном Леонидом разговоре убедить Шашкина в том, что его отец чуть ли не подпольный олигарх.
– Люба, как здорово, что вы тоже здесь! – прервал мои ленивые размышления голос лёгкого на помине Леонида.
Я резко сдёрнула с головы парео и, щурясь от яркого солнца, несмотря на водружённые на нос тёмные очки, села на песке. Лёнечка топтался возле меня, облачённый в неожиданно модные ярко-жёлтые пляжные шорты. Впервые не испытав раздражения от его присутствия рядом с собой (чему немало поспособствовало подтверждение Шашкиным его ценных показаний о походе Артёма к Альбине), я мягко улыбнулась. Рассудив, что опасаться этого типа, безнадёжно влюблённого в свою подругу детства, было бы глупо, я весело сказала ему:
– Я тоже рада вас видеть, Леонид. Пойдёмте вместе поплаваем, и вы расскажете мне, каким был этот лагерь четверть века назад. Вы ведь всё здесь знаете. Обожаю эти ностальгические истории.
Моя родительница написала только вечером. Зато информация, которую она добыла с помощью бог весть каких полезных связей (подозреваю, она подключила к этому мероприятию кого-нибудь из бывших коллег отца), оказалась для меня почти шокирующей.
Муж Альбины, бизнесмен Киреев, затеял строительство совместного с китайцами химического завода в опасной близости к заповедной территории этого района. Кстати, в зону, которая могла пострадать в случае запуска такого производства, попадал и весь комплекс Сартовых озёр. Естественно, никто из информаторов утверждать ничего наверняка не брался, но поговаривали, что Кирееву удалось протащить этот проект благодаря дружбе с главой администрации, а также крупным неофициальным вливаниям со стороны потенциальных зарубежных партнёров.
Немногочисленные пикеты от местных жителей, чудом прознавших об этих планах бизнесмена, были купированы Киреевым банальным денежным вознаграждением за молчание их организаторов. Оставшимся же единицам несогласных были предложены, как говорится, варианты выбора, из которых лишь один был очевидным, а главное, безопасным. Нет, Киреев не был настоящим бандитом, но на кону стояли слишком большие деньги. В настоящее время этот проект находился уже в стадии начала своей реализации.
– Всё верно, Артемон обращался к ней именно за этим. Да ещё и один пошёл, идиот! – нервно щёлкая костяшками пальцев, поведал мне Влад после собственного короткого разговора с директрисой. – Я сказал ей, что всё знаю. Она поверила и в целом подтвердила эту твою догадку. Артемон реально пытался шантажировать её интрижкой с Серёгой, вот только требовал совсем не денег. Кто-то из местных активистов рассказал ему о проекте Киреева. Так он, наивная душа, пошёл убеждать её поговорить с мужем, заставить того отказаться от проекта. А когда понял, что разоблачения в неверности Альбина не боится, принялся с досады грозиться поднять гневную волну в прессе. По её словам, она выгнала его взашей, а мужу звонить и не подумала.
