– Да, вот послушай, дорогая. Скажу предельно честно, – вздохнул Киреев. – Китайцы нам почти нож к горлу по плановому уровню рентабельности приставили. Мне и раньше говорили, конечно, что они очень жёстко бизнес ведут, но я как-то не представлял себе насколько. Мы тут с ребятами по возвращении всё посчитали. Невыгодно совсем мне получается. Сама прикинь, природоохрана одна сколько съест. А она же целиком на мне. Ну, ты понимаешь. В общем, парни мои из инвестиционного отдела молодцы, что на страховке этой настояли. Я только что Ли Дзяну позвонил, расшаркались с ним окончательно и попрощались.
– Значит, химиком ты у меня не станешь? – уже совсем спокойным и почти ласковым тоном спросила мужа Альбина.
– А кто его знает, Алечка? – игриво хохотнул Киреев. – Какие наши годы? А тут ещё такая идея возникла. Вот подумай. На этом фоне, ну, с отказом от проекта, мне можно и в политику податься. Дескать, ай да Киреев, ай да редкий сознательный кандидат. Бережёт природу родного края. Как тебе, а?
– Господи, да уймись ты уже, политик. Домой, может, сейчас поедем?
– Что, прямо вот сейчас-сейчас?
– А ты что, разве не хозяин? Отпрашиваться у кого-то тебе надо?
– Я – хозяин, – гордо прогудел довольный Киреев. – Жена, собирайся и правда домой, поедем делать мне наследника. Политик должен быть с детьми.
– Да ну тебя, – захохотала Альбина Игоревна, но, судя по вновь зацокавшим по кабинету каблукам, собираться всё же побежала.
Я не стала дожидаться окончания этого диалога. Крепко и всерьёз задумавшись, я медленно поплелась в свой номер. По дороге чуть было не выронила из кармана джинсовых шорт свой телефон, почти наступила на хвост развалившемуся на солнышке коту Барсику и споткнулась, едва не свалившись ничком, о торчащий из земли узловатый корень.
На веранде я слегка замешкалась, напряжённо вспоминая, что же ещё мне нужно сделать. Погрузившись в свои тяжёлые размышления, я совсем забыла о миссии, возложенной на меня милейшей Кларой Эдуардовной. Впрочем, после подслушанного под окном директорского кабинета выходило, что чудесная возможность привезти Наташе домой её вещи имела под собой для меня теперь одну-единственную, исключительную цель: попытку примириться с обиженной приятельницей. Её показания относительно Евгения мне, увы, были больше не нужны.
Горько вздохнув, я открыла Наташин номер и, бегло пройдя по нему, сгребла в удачно подвернувшийся под руку пакет забытые соседкой плойку, жёлтый купальник, пару полупустых флаконов из душевой кабины и какую-то тряпку, упавшую на пол платяного шкафа. Из тряпки, в свою очередь, что-то выпало.
Пожав плечами в недоумении, я забрала ставший объёмистым пакет и закрыла номер. Раз так распорядился случай, придётся ехать и мириться.
– Влад, получается, я снова ошиблась? Но ведь такая версия шикарная была, такая версия! – едва сдерживая слёзы досады, говорила я чуть позже, меряя шагами свою комнату от угла к углу и обратно.
– А ты уверена, что этот Киреев со своей Альбиной тебя не видели? – осторожно предположил парень. – Ну я к тому, не специально для тебя выступление это было?
– Да что ты, – отмахнулась я. – Конечно, нет. Даже профессиональные актёры в театре так искренне бы не сыграли. Ты же сам слышал эту аудиозапись.
– Да слышал я, конечно. Согласен с тобой, не сыграешь так. Ну тогда – да. Значит, наша шикарная версия провалилась.
– Вот именно! Провалилась! – накинулась я на несчастного Влада, и без того с опаской наблюдавшего за моими передвижениями; он впервые со дня знакомства видел меня в столь растрёпанных чувствах. – У Игоря Киреева не было мотива для убийства Артёма. Понимаешь?! И даже у самой Альбины, получается, его не было. Не воспринимали они угрозы Артёма всерьёз. Всё пропало, всё зря.
– Успокойся ты уже, – вздохнул Влад и схватил меня за руку, когда я в очередной раз с фырканьем шагала мимо кресла, в котором он плотно угнездился. – Неудачи случаются. Ты же не этот, как его, Эркюль Пуаро.
– А хотелось бы! – капризным тоном парировала я, впрочем, охотно усаживаясь к Владу на колени (как и любой девочке в грустные моменты жизни, мне очень захотелось на ручки).
– Всё будет хорошо, – забубнил парень. – Ты во всём разберешься, а я помогу.
Я всхлипнула и принялась нервно покусывать костяшки пальцев. Затем потянулась за телефоном и стала один за другим открывать, парой движений пальца прокручивать, а затем удалять скачанные накануне видеофайлы с передачей «Пусть все услышат». Я заранее надёргала из интернета несколько выпусков с разными историями, чтобы, бегло просмотрев их, затем самой грамотно составить обращение к редакторам этой программы. Теперь, получается, эти файлы мне были совсем ни к чему.
Открыв выпуск про детдомовцев (и как только он снова попал в мою подборку?) и прокрутив его перед удалением до рассказа девушки о небылицах про родителей-разведчиков, я грустно улыбнулась.
Влад, услышав этот отрывок, тихонько вздохнул.
– Артемон тоже этим увлекался, – хрипло сказал парень. – И кулон этот ещё, чёрт его подери.
