Статья сухо освещала скудные данные о нём из официальных источников, в качестве же журналистской перчинки здесь выступала информация об объёме капитала покойного бизнесмена, достающегося в качестве наследства его законной супруге Диане Львовне. При виде размера оценочной стоимости последнего у меня округлились глаза.
Мама уже давно умчалась на кухню к запросившему одновременно салфетку, попить, наггетсов и шоколадку внуку, а я снова внимательно посмотрела на фотографию покойного бизнесмена. И лишь только действием той мощной силы, которую обычно мы называем женской интуицией, я могу объяснить свои дальнейшие поступки.
Отложив все ленивые и тихие ванно-пенно-масочные планы, бывшие у меня на грядущий вечер, я осталась у мамы и принялась тщательно шерстить интернет в поисках информации о Петре Малащенко и его окружении.
К ночи, когда Севка мирно сопел в своей свежезастеленной кровати, я была готова звать уже сгоравшую от нетерпения родительницу для совместного увлекательного занятия: составления схемы наконец окончательно раскрытого мной преступления.
Весь следующий день прошёл для меня в беготне, суете, различных звонках и дополнительных проверках. Не скрою, не всё из задуманного мне удалось осуществить легко. Что-то вообще пришлось оставить на потом, а то и вовсе на дальнейшее усмотрение полиции.
Влад, временно игнорируемый и не привлекаемый мной к, как мне казалось, очень взрослым и поэтому слишком сложным мероприятиям, в конце концов совсем по-мальчишески вскипел и, изловив меня вечером у моего же подъезда, потребовал немедленно поделиться с ним всей имеющейся информацией.
– Люба, может, хватит? Прекрати уже быть эгоисткой! Ты серьёзно думаешь, что я совсем бесполезный? Или я что, пустое место? – бушевал он, сопроводив последнее предложение весьма крепким словцом.
– Что ты, совсем не пустое, – застигнутая врасплох с многочисленными записями, пометками и схемами в руках, проблеяла я.
– Дай сюда! – выхватывая у меня из рук блокнот, уже несколько спокойнее сказал Влад. – Надеюсь, ты ещё не забыла, что Артемон мне не кто-то чужой, а близкий человек, приятель?
Пришлось мне нехотя признать свою неправоту, сесть назад в машину и объяснить рассерженному парню, что там на самом деле произошло и как мне всё же удалось раскрыть это запутанное дело.
Глаза Влада расширялись по мере того, как он слушал мою пространную речь.
В завершение разговора я предложила ему, раз уж он так страстно хочет помочь, отправиться на следующее же утро к лейтенанту Гришину. В конце концов, дело о смерти Артёма на руках именно у него, и решать, что со всем этим делать, придётся лейтенанту.
– А я теперь буду покорно ждать указаний представителей закона, – притворно потупив глаза, сказала я.
– Есть, шеф! – азартно козырнул явно довольный присоединением к процессу Влад, а затем добавил: – Хотя нечего Гришину прохлаждаться, ещё в отпуск, чего доброго, сбежит. Позвоню ему прямо сейчас, поговорю. А там посмотрим.
– Как хочешь, – улыбнулась я, – но времени теперь у нас, получается, навалом. Кстати, помоги мне, пожалуйста, поднять на крыльцо мой чемодан. А то у нас пандус неожиданно взялись ремонтировать, а этот пластиковый гад с колёсами оказался для лестницы слишком тяжёлым.
– Конечно, – подмигнул мне Влад и с готовностью отправился открывать багажник.
Я тоже вышла из машины и, удовлетворённо потянувшись, полезла в сумочку за связкой ключей от дома. Тяжёлый металлический букет, украшенный разноцветным брелоком-ящеркой с надписью «Barcelona», выпал, звякнув, из моей ладони.
Надо, пожалуй, ещё зайти в магазинчик за углом и купить там хоть что-то из еды, подумала я, поднимая с пыльного асфальта связку.
Я, признаться, совсем расслабилась на столовском питании турбазы, и в моём идеально пустом (несмотря на то, что домой я уже сегодня пару раз наведывалась) холодильнике сейчас было впору повеситься не то что мыши, а даже всеядным спорам плесневого гриба.
– Чёрт, чего это там у тебя за пакет? Хрустнуло что-то вроде, – послышался голос Влада со стороны багажника.
– Ой, ты только не ворочай чемодан так лихо, – испугалась я, бросаясь проверять содержимое пакета на предмет гибели дорогой плойки моей бывшей соседки по коттеджу. – Тут Наташины вещи, мне их ей ещё завтра отдавать. Надо постараться довезти в целости и сохранности. Кстати, она мне уже сама позвонила, Клара ей, оказывается, слила наш хитрый план обмена.
– Да? – снова многозначительно подмигнул Влад, втаскивая мой неподъёмный чемодан на крыльцо подъезда. – Так, может быть, прямо с утра от тебя вместе к ней и отправимся?
– Прямо с утра, – весьма доходчиво напомнила я парню, вцепившись в выдвижную ручку чемодана, – ты сам вызвался мчаться помогать следствию. И лично рассказывать всё лейтенанту Гришину, пока он не сбежал от нас в отпуск ловить карасей. А моё собственное утро начнётся завтра поздно. Я должна хорошо выспаться. В конце концов, мне предстоит трогательная сцена примирения с обиженной подругой. Из-за тебя, между прочим, обиженной, – не упустила возможности напомнить я.
