— А вы молодец, — повернулась к нам женщина. — Ваши коллеги так далеко не продвинулись.
— Ну а мы вот такие, — чуть гротескно развел руки в стороны я. — Пытливые и поневоле любопытные. Так что Антон? Он говорил с вами на эту тему?
— Собирался, — невесело улыбнулась Елена, села на стул и сложила руки на коленях. — Я это поняла. Да и куда ему деваться, у Ларисы уже живот округлился. Мы с ней после того, как они вместе… Кхм… В общем, после того как я поняла, что к чему, наши отношения сошли на нет. По обоюдному желанию. Она видела во мне соперницу, которая желает лишить ее ребенка отца, а я… Даже не знаю. Но поначалу да, здорово злилась на ее подлость, на все эти фотографии, через которые она меня размазала, точно муху по стеклу. И ту, что на пляже, и другую, где она руку на животе держит. «Нас уже трое»! Банальность-то какая!
На щеках гостьи появился румянец, впервые за все это время речь ее стала не отстраненной и безразличной, а живой, эмоциональной.
— А эту фотку мы проглядели, — заметила Инна. — Обидно.
— Она ее удалила, — пояснила гостья. — Думаю, по просьбе Антона. Но я успела ее увидеть и все понять.
— И все же, — решил чуть надавить на нее я, — почему же было просто не сесть и поговорить? Что случилось? Почему ваш муж решил зайти настолько далеко? Да, ситуация неприятная, но ее, уж простите, нестандартной не назовешь. Подобные истории случаются на белом свете каждый день. И если бы мужья и жены всякий раз убивали своих вторых половин, которые не хотят давать им развод, то проблема перенаселения земного шара не стояла бы столь остро.
— Антон? — чуть удивленно глянула на меня женщина. — Он меня не убивал. О чем вы? Да он на такое и неспособен. Увы, мой бывший муж никогда не умел принимать сложные решения. Врачебные — да, но личные… Потому вся эта история так и затянулась. Я видела, что он хочет поговорить, но всякий раз так до этого и не доходило.
— Ага, — ткнула в меня пальцем Инна, — я говорила! А ты не верил! Елена, вы сами себя, значит?
— Нет, — качнула головой гостья. — Впрочем, тут более верно сказать — и да и нет. Хотя… Да какой смысл себе врать? Решение приняла я, значит, и ответственность на мне.
— Тём, ты чего-нибудь понимаешь? — осведомилась у меня напарница.
— Отчасти, — ответил ей я. — Есть у меня догадка. Елена, какое-то лекарство? Из тех, что вам, как сердечнице, было нельзя пить? Или что-то в этом роде?
— Что-то в этом роде, — снова усмехнулась гостья, может, неосознанно, а может, и умышленно пародируя меня. — Передозировка. Каждый вечер Антон давал мне тщательно отмеренную им дозу препарата. А в тот вечер я приняла еще одну, но уже сама. Только я не хотела умирать. Я хотела сделать так, чтобы ему стало проще от меня уйти, понимаете? В больницу бы я попала надолго, за это время он успел бы от меня съехать. Сказать не сказал бы, конечно, пощадил до выписки. Ну а потом…
— Чего? — Инна сморщилась так, словно раскусила гнилую семечку. — Ну ладно Тёма, ему вы можете мозги полоскать подобной розовой чушью сколько угодно. Но тут же еще есть я. Елена, это называется эмоциональный шантаж. Да, он срабатывает не со всяким мужиком, но ваш, судя по всему, как раз из тех, кого на подобный крючок цеплять без наживки можно. И даже получиться могло, особенно если после вам светила хорошая долгая реабилитация, и тянул бы он лямку с обещаниями Ларисе на тему «вот-вот ей станет легче, и мы поговорим». Да, хороший и проверенный способ, но — не вышло. А раз так, раз вы оказались здесь, то какой смысл сейчас себе самой врать? Не нам. Себе!
— Вы же их видели? — тихо спросила она. — Как они там?
Я толкнул Инну в бок, давая понять, что отвечать надо ей.
— Девочка, — протараторила она. — Вес и рост не знаю. Но не расписались, это точно. Кольца на пальце у Антона нет и фоток свадебных в ленте тоже.
— Плюс он легко отделался, — добавил я. — Вы ведь его могли и под статью подвести, если бы история с передозировкой выплыла. С учетом его профессии следователь мог до Антона докопаться, а после довести дело до суда. Посадить, может, и не посадили бы, но запрет на занятия профессиональной деятельностью на пару с условкой мог прилететь.
— Девочка, — прошептала гостья. — А имя не знаете?
И вот тут я соврал. Впрочем, это спорное утверждение, потому что я отчего-то был уверен, что слова мои на самом деле правда.
— Знаю. Елена.
— Вот и ладно! — Женщина запрокинул голову назад, на глазах ее блеснули слезы. — Вот и хорошо!
Дверь еле слышно скрипнула, я повернулся на звук и увидел Аристарха Лаврентьевича, за спиной которого мялся белл-бой Рома.
— Дорогая гостья, рад сообщить, что ваше время пребывания в «Перекрестке» закончилось, — неожиданно галантно произнес Аристарх Лаврентьевич, а после, что уж совсем нас впечатлило, одарил ее улыбкой. — Прошу вас проследовать за мной.
— Не стану врать, я этому очень рада, — поднялась со стула Елена. — А вам, ребята, спасибо большое! Как гора с плеч свалилась. И так легко стало! А лучшего состояния души для начала путешествия не придумаешь. Меня же ждет дальняя дорога, любезнейший Харон?
