— Ну и третья причина, — я ткнул пальцем в сторону двери, — Аристарх Лаврентьевич. Руку на отсечение даю, что он вскорости припрется проверять — приготовили мы номер для визита следующего гостя или жрать убежали. И если окажется верным вариант номер два, то мы и возможный бонус потеряем, и пилить он нас станет долго-долго, нудно-нудно.
— А вот это — он. Аргумент, — подумав, кивнула девушка. — Тот, с которым можно и согласиться. Не факт, что все случится именно так, но вероятность есть. Еда не убежит, а бонус жалко.
— Вот и славно. — Я направился в ванную. — Ты давай тогда постельное белье снимай, а я пойду разные принадлежности в мешок соберу. Зубную щетку там, гель открытый.
И ведь угадал я. Точнее — верно нашего Цербера просчитал. Минут через пятнадцать он заявился, распахнул дверь и уставился на нас, причем некоторое изумление в его взгляде присутствовало.
— Аристарх Лаврентьевич, вы очень вовремя, — радостно сообщил я ему и ткнул пальцем в сторону постельного белья, лежащего на кресле, — а то у нас производственные вопросы возникли, которые без вас никак не решить.
— Никак-никак, — подтвердила Инна, натиравшая тряпкой зеркало, встроенное в шкаф.
— Какие именно? — уточнил управляющий.
— Первый — вот. — Я ткнул пальцем в сторону постельного белья, лежащего на кресле. — Надо же, наверное, это все в стирку отправить, да? А где находится прачечная, нам до сих пор неизвестно.
— Далее, — проворчал Цербер.
— Новый комплект, который следует застелить. Его где получить? Потом — мусор. Он копится. Вчерашний мы в нашем хозяйственном помещении оставили, не до него было, но это неправильно.
— По мусору и грязному белью — место определили верно, туда все и складывайте. Сегодня вечером обслуга пройдет, все соберет, одно куда надо отнесет, другое утилизирует. Дверь в подсобку можете закрывать, у них есть мастер-ключ. Что-то еще?
— Новое белье, — напомнил я, — плюс расходники — зубная щетка, гель для душа, цветы.
— Я же вроде тебе уже говорил — с подобным не ко мне, а к Аделии Карловне, — ответил управляющий. — Адресуй эти вопросы ей.
И верно, было такое. Забыл. Но сегодня же это упущение поправлю, поскольку время теперь у нас есть.
— Верно-верно, — виновато произнес я. — Спасибо!
— И еще, — заметив, что Цербер собрался уходить, подхватилась Инна. — Нам когда новых постояльцев ждать? Сегодня, завтра или после того, как все старые съедут?
— «Перекресток» всегда рад гостям, — посопев, произнес Аристарх Лаврентьевич. — Правда, есть небольшое ограничение, которое отличает нас от иных заведений подобного толка. После восьми вечера и до восьми утра мы закрыты для заезда клиентов. Но только для заезда, выехать гость может в любое время. А с восьми утра до восьми вечера любой из номеров может быть занят новым постояльцем.
— Спасибо, это важная информация, — поблагодарила его Инна, — но я конкретно сейчас имела в виду. Текущую ситуацию.
— Какая настырная, — сказал Цербер, почему-то обращаясь ко мне.
— Скорее — упорная, — мягко возразил я. — Не самое плохое качество для служащего высококлассного отеля.
— Иногда упорство не полезно, а вредно, — буркнул управляющий. — Впрочем, хорошо. В ближайшие полтора дня заезда новых гостей не предвидится. Вы же это хотели услышать, юная леди?
— Да, — расплылась в улыбке девушка и изобразила книксен. — Мерси!
— Avec plaisir, — ответил ей на французском старикан. — Но это не значит, что вы можете болтаться по отелю без дела и отрывать от работы своих коллег или иных служащих. Если увижу что-то подобное, то сразу отправитесь в сад дорожки подметать. Вам там работы надолго хватит, дорожек-то много.
— У нас есть чем заняться, — мигом заверил его я. — Кстати, можно ли будет получить у Дарьи или Кристины ключи от других наших номеров? Тех, что сейчас закрыты?
— Зачем?
— Хотелось бы быть уверенным в том, что весь подконтрольный нашей паре жилой фонд готов в любой момент принять гостей, — отчеканил я. — Во избежание.
— Похвально. — Аристарх сверлил меня взглядом, точно следователь, явно пытаясь усмотреть на моем лице хоть какие-то признаки того, что я над ним утонченно издеваюсь. — Весьма похвально.
— Чем больше сделаешь сейчас, тем спокойнее будешь спать потом, — поддакнула мне напарница. — Так моя бабушка говорила.
— Я распоряжусь, — выдержав паузу, наконец произнес Цербер. — Что-то еще?
— Вроде все, — отозвался я. — Благодарю!
— Славно, — проворчал управляющий, собрался было уходить, но остановился и неожиданно для нас произнес: — Молодцы. Сегодня — молодцы.
— Спасибо! — в один голос произнесли мы с Инной.
