— Ну да, тут налететь можно неслабо, — согласилась незнакомая мне девушка, веснушчатая и зеленоглазая. — Кстати, я Эмма!
— А ты, значит, Тимофей, — уточнил я, помахав рукой сидящему рядом с ней нескладному высокому пареньку. — Да?
— Надо же, я все-таки стал популярным, — невесело усмехнулся тот. — Пусть даже и на том свете. Ради такого стоило умереть.
— Тима при жизни песни писал, — пояснила Эмма, заметив то, что к ним повернулось сразу несколько человек, заинтригованных услышанным. — Он у меня поэт и музыкант. А вот со славой так и не сложилось, хотя очень ему ее хотелось.
— Я бы и сам рассказал, — недовольно пробурчал юноша.
— Потратив сильно много времени. Ты же слова в простоте не скажешь, — парировала его выпад зеленоглазка, — а нам хочется узнать, как люди всех обогнали.
— Короче, — потер ладони я. — Что мы делали…
Собственно, особо рассказывать нам было нечего, но мы на пару с Инной все же растянули эту незамысловатую историю минут на пятнадцать. Вернее, как «мы»? Говорила в основном Инна, которой, похоже, нравилось то внимание, которым ее окружили. Увы, но я окончательно убедился, что тщеславие ей не то что не чуждо, оно значится среди основных личных качеств моей напарницы. И это со временем может нам создать проблемы.
Впрочем, конкретно сегодня она никаких оплошностей не допустила и лишнего не сболтнула.
— В общем, все как я и сказал с самого начала, — терзая вилкой куриную грудку под пармезаном, произнес я, — внимательность и логика. Хотя, ребята, скажу еще вот что: не факт, что это прямо универсальный рецепт. У нас сегодня сработало, но не обязательно, что выстрелит у вас. Или у нас же самих в следующий раз.
— Ой, нам бы хоть тушкой, хоть чучелком, — печально вздохнула Лиза. — Только шиш. Мадам ни в какую не желает никуда отправляться, потому в открытую над нами издевается. Так и говорит: «Мне и здесь хорошо».
— Меня снова за задницу сегодня ущипнула, аж три раза, — пожаловался Арсений, густо покраснел и пробормотал: — Извините. В столовой — и такое.
— Бывает, — утешил его Вадим. — Накипело. У нас с Женькой тоже, знаешь, гость не пряник, слова клещами не вытащишь. Молчит, как скала на Байкале.
— Вот так на минус нам и намолчит, — хмуро добавила Евгения. — И будем в результате на следующей неделе на первом этаже вместе куковать. Я супы таскать, ты — чемоданы.
Мою коленку сжала ладонь Инны. Ну да, все так, с двумя плюсами наши шансы попасть в зачет очень велики. Не бесспорны, разумеется, но все же с таких позиций свалиться вниз еще надо постараться.
Впрочем, как говорил один мой знакомый, от сумы да от тюрьмы не зарекайся.
Хоть Аристарх нас и предупреждал о том, что просто так шататься по первому этажу не стоит, но не подойти к доске и не насладиться видом собственного триумфа мы не могли. Да, может случиться так, что скоро очередной заработанный плюс или минус не будет у нас вызывать бурю чувств, но сейчас нельзя было не глянуть на документальное подтверждение того, что мы ребята не промах.
— Вай-й-йя, вот красавчики! — с кавказским акцентом произнесла Инна, причем мне показалось, что она пародировала какого-то своего знакомого. — А, Тём?
— Несомненно, — кивнул я. — Жалко, желтые майки достать негде, а то бы, как положено порядочным лидерам, мы могли их на себя натянуть.
Опять же — чистая правда. На данный момент мы и в самом деле возглавляли общий зачет, причем единолично. Минусов уже много кто нахватал, а вот такого количества призовых очков кроме нас никто не заработал. Если же учесть, что один плюс у нас уже до того имелся, то картина складывалась и вовсе прекрасная.
— По ходу, следующую неделю на родном этаже мы себе уже обеспечили, — тихонько произнесла девушка. — Так же?
— Надеюсь, — привычно осторожно ответил я. Не скажу, что сильно суеверен, но и провоцировать высшие силы без особой нужды не люблю. — Шансы высоки, но впереди еще куча дней, за которые много чего может поменяться.
— Меньше пессимизма, — ткнула меня кулачком в бок девушка. — О, гляди, даже шалавы с ресепшен тебе свое восхищение высказывают. Ты хоть отреагируй как-то.
И верно — Дарья с Кристиной отработанно синхронно хлопали в ладоши. Эдак неторопливо, размеренно, как бы говоря «браво-браво».
Я решил ответить тем же, подчеркнуто вежливо поклонился, после же прижал к губам собранные в горсти пальцы обеих рук и отправил девушкам воздушный поцелуй.
— Нет повода не погордиться собой, — заметила Регина, проходившая мимо и толкавшая перед собой тележку с тарелками, накрытыми массивными блестящими круглыми крышками, которые у иноземцев называются клош, а у нас баранчики. — Поздравляю, ребята. Молодцы!
— Спасибо, — произнес я, пристраиваясь рядом с ней. — Куда еду везешь?
— Так вон на ресепшен, — охотно ответила девушка, чуть замедляя ход. — Эти трое в столовую не ходят, ибо сидеть в нашей компании им зазорно, а в ресторан их не пускают, поскольку тут уже они чином не вышли. В результате прямо здесь едят, не отходя от рабочего места. У них небольшая комнатенка за стойкой, вот в ней и питаются.
