И какова же была наша радость, когда, войдя в столовую, мы увидели невероятно довольных Ариадну и Анатолия, буквально купавшихся во внимании остальных, причем совершенно заслуженно. Наши соседи по доске показателей отправили своего постояльца на постоянную выписку и теперь пожинали плоды славы. Да, как я уже говорил, через две-три недели подобное станет частью рутины, если угодно буднями, но конкретно сейчас каждый отбывший к окончательному месту назначения гость еще диковинка.
— А она мне говорит: «Это же моя сестра», — чуть растягивая слова, вещал Анатолий. — Мол, как такое может быть? А Ари ей — бывает и не такое, прими и пойми. И тут она поплыла, а мы давай ее раскручивать!
Ариадна же молчала, попивая компот, но при этом было видно, что она собой гордится. Но, собственно, и было отчего. Дожали же гостью. Пусть вторыми, но дожали и тем самым укрепили свои позиции.
— Молодчики! — похвалил их рыжий Серега, похоже, обладающий редким талантом искренне радоваться чужим удачам. — Красиво сработали.
— По-любому информация рулит, — сделала вывод Алла. — А если все глухо, как в танке, тогда как?
— Разве такое в наше время случается? — удивилась Регина, которая в этот момент как раз принесла ей еду.
— Представь себе, — передернула плечами рыжая. — У нашего дядьки социальные сети отсутствуют, даже в «Одноклассниках» его нет. Есть пара упоминаний о каких-то совещаниях коммунальщиков, в которых он участие принял — и все.
— Он чиновник бывший, — пояснил ее напарник Василий, берясь за ложку. — Не сильно влиятельный, скорее средней руки. Может, им запрещено теперь на таких ресурсах регистрироваться?
— Что-то такое я слышала, — неожиданно для всех подала голос Натэлла, которая, как всегда, заняла самый дальний стол. — Прямого запрета нет, разумеется, но и не приветствуется.
— Не пори чушь, — возразила ей Инна. — Все точно наоборот. Все более-менее весомые чиновники должны иметь страницы в социальных сетях, дабы граждане знали, что они такие же люди и живут жизнь, как они. Мало того — их обязывают посты время от времени выкладывать на социально-значимые темы. Хотя, конечно, личную жизнь им освещать сильно не рекомендуется, особенно если та выходит за пределы минимального прожиточного минимума и бьет ключом на личной яхте где-то в Дубае.
— Наш точно не из таких, — отмахнулся Василий. — Не того уровня. Не мелкая сошка, конечно, но и такие серьезные откаты, чтобы в Дубаях барагозить, ему не светят. То есть не светили.
— Вот и зашли мы в тупик, — вздохнула Алла. — Он молчит, сеть пустая, за что зацепиться — непонятно.
— Так вроде есть легальная возможность на места боевой славы вашего пациента своими ножками сходить? — заметил я. — Время не потеряно, завтра утром взяли бы и метнулись.
Если честно, я очень ждал, когда кто-то решит воспользоваться данным способом сбора информации. Интересно мне, как это всё обустроено технически, сколько времени дается на вылазку, какие есть ограничения, как наказывают провинившихся. Минус на доску — это ясно. Но явно же им дело не ограничится? Недавний прецедент с компьютером это наглядно доказал.
Рано или поздно мы с Инной выберемся туда, в тот мир, это несомненно. И мне очень хочется к этому моменту оказаться сколько-то подготовленным.
— Думали. — Алла отодвинула от себя тарелку с остатками куриной грудки под сыром. — Пошли к Церберу, а он говорит, что не той сложности вопрос, чтобы его таким образом решать. Отказал, короче.
— О как! — впечатлилась Женя. — Хотя чего от него еще ожидать? У меня вообще создается впечатление, что его основная задача сделать нашу жизнь максимально сложной.
— Начальник как начальник, — возразила ей Регина, ставя хлебницы сначала на наш стол, а после Женьке с Вадимом, которые расположились по соседству. — Наш похлеще будет. Лаврентьич, конечно, глаза пучит и страх наводит, зато лишнего себе не позволяет, а этот вроде улыбается и «белиссимо» говорит, но так и норовит за мягкое место подержаться. А чуть что не по его, так раз — и перевели человека с кухни невесть куда.
— Итальянцы все такие, — подтвердила Алла. — У меня на бывшей работе шеф с ними дела вел. Очень много слов, обещаний, заверений в дружбе, а чуть чего — сразу в кусты. Я не я, и кобыла не моя.
— Но готовят все же вкусно, — Серега вытер с тарелки остатки соуса корочкой хлеба, а после отправил ее в рот. — Не отнять. Ладно, пойду на пост, а то наш Змей Горыныч опять огнем пыхать начнет. И главное, ведь всем уже известно, что до послезавтра новых гостей не ждать, так чего мы там торчим по стойке смирно?
— Кому всем? — Монобровь Ариадны забавно изогнулась, уперевшись в переносицу. — Нам про такое никто не говорил.
— Ребята с ресепшен инфой поделились, а у них она всегда из первых рук, — пожал плечами рыжий. — Потому считай, что завтра у тебя выходной. Ну а остальным удачно довести дело до ума. Кстати, вот вам еще новость: коллективное отбытие гостей завтра в пять вечера, потому кто не успел, тот опоздал. Сам слышал, как Цербер это Горынычу говорил.
